Племя Волка

А на правом берегу реки плотной колючей стеной возвышалась непроходимая сибирская тайга. Казаки переправлялись на тот берег на лодках или вброд, а зимой по толстому льду. Ходили они в зимнюю тайгу, добывали ценного зверя, а меха продавали богатым томским купцам.

Через 14 лет примерно в двух верстах от братьев поставил свою заимку и другой конный казак – Воронин. Постепенно население казачьих заимок всё больше разрасталось, появлялись и пришлые люди. Некоторые ставили юрты, кто-то рыл временные землянки, а уже потом рубили избы, а кто-то уходил ещё дальше.

Загадочная постоялица

Но вот однажды на казачьей заимке Дороховых появилась очень странная женщина, назвавшаяся Ефросиньей. Одета она была довольно богато для того времени: в чёрное платье из дорогого сукна с красивым бархатным отливом и кожаные сапожки. К тому же она довольно хорошо владела грамотой, что было очень большой редкостью в тех глухих местах. Сразу было видно, что она благородных кровей, а уж на лицо и фигуру – вообще настоящая красавица.

Жёны братьев Дороховых совсем не обрадовались появлению такой раскрасавицы, да ещё и хорошо образованной, сами-то они грамотой не шибко владели. А вот братья – наоборот. С радостью выделили женщине небольшую свободную избу, предназначенную для размещения иногда появляющихся в этих местах государевых людей, и упросили её обучать грамоте их многочисленных отпрысков (раньше семьи были очень большие), посулив выплачивать ей вполне достойное жалованье.

А той странной женщине, похоже, только этого и нужно было, уж очень понравились ей здешние безлюдные места.

Странности начались почти сразу по приезде этой незнакомки. Через некоторое время куда-то стал пропадать и так-то немногочисленный домашний скот. Братьям даже пришлось привезти щенков от огромных волкодавов из Томского острога, так как подумали на здешних диких зверей, довольно часто появляющихся по ночам возле таёжных заимок.

Действительно, когда через несколько месяцев щенки волкодавов подросли, то живность перестала пропадать.

Но зоркие казацкие жёны, не отводившие свой бдительный взгляд от приезжей красавицы, стали замечать, что ровно один раз в неделю происходило что-то непонятное. Поздно вечером их загадочная постоялица шла к реке, а возвращалась уже под утро. Но что особенно настораживало, что после таких ночных прогулок – женщина зло зыркала на всех своими чёрными, как смоль, глазищами и надолго запиралась в выделенном ей доме.