Мы, марсиане

«Глупый, глупый Принц!» – негодующе восклицали придворные и вприпрыжку бежали за неугомонным пареньком. Не знали они, что не цветы манили его в те дальние края. Просто придворные каждый раз настигали Глупого Принца как раз в тот момент, когда он останавливался поздороваться с мёртвыми цветами.

И бесконечное множество раз Глупый Принц сбегал из златоглавого дворца, словно ища кого—то, и бесконечное множество раз его ловили у самых цветов и направляли прямиком в кровать, отпаивая медовой настойкой и кормя цветными пилюлями.

В бреду Глупый Принц повторял, что не успеет, что корабли вот-вот отплывут, что они не дождутся его, Сказочного Принца, если он будет просто лежать и ничего не делать. Потом Принц умолял отпустить его, но заботливая прислуга тщательно охраняла покой юного наследника.

Но однажды Принцу всё-таки повезло. Гуляя в саду, он смог перемахнуть через дворцовые стены и оказаться близ конюшни. Когда внимательные воспитатели заметили отсутствие Глупого Принца, сам Принц уже во весь опор мчался по тем самым каменным дорогам, мимо тех самых мраморных цветов.

Погоня не сразу бросилась вслед за ним, и потому Принц успел добраться до тёмного леса. Здесь заканчивались владения его семьи и начинались Чужие земли. Всего на секунду приостановил он коня у надписи, извещающей об опасности всем, кто пересечёт границы Королевства. Мысленно попрощавшись с домом и родителями, Глупый Принц вступил в незнакомый лес.

Непознанными тропами шёл Принц меж вековых сосен, в темноте которых волки съели его прекрасного коня, но не тронули хозяина, ибо Принц был настолько глуп, что его пожалели даже волки.

Через двое суток сосны сменились гигантскими ясенями, а под ногами зашелестела пожелтевшая листва. Склонившись над землёй, Принц разгрёб сухие листья и увидел много лёгких, едва заметных следов, оставленных день тому назад. Принц опаздывал, и ясени тускнели прямо на глазах.

Тропа вела его ещё три дня, пока не закончилась унылой опушкой. Где-то впереди беспокойно зашумело море, спрятанное мощными глыбами скал.

В таком вот не сказочном виде оказался он в Серебристой Гавани, которую видел во сне и которая звала его всё это время. Но было поздно.