Лакки Старр и кольца Сатурна

Глаза Старра сузились.

– Принимай, Верзила.

Послышался голос с акцентом: долгие гласные, четкое произношение согласных. Голос сирианца.

– …вите себя, иначе мы воспользуемся магнитным захватом и арестуем вас. У вас четырнадцать минут для подтверждения приема. – Последовала минутная пауза. – Именем Центрального правительства приказываю: назовите себя, иначе мы воспользуемся магнитным захватом и арестуем вас. У вас тринадцать минут для подтверждения приема.

Старр Холодно произнес:

– Подтверждаю прием.

Последовала одна-две секунды молчания (радиоволны распространяются со скоростью света), потом голос ответил:

– Власть Земной федерации не признается на мирах, колонизированных сирианскими народами.

– А что за мир? – спросил член Совета.

– Незаселенная система Сатурна именем нашего правительства присоединена к Сириусу согласно межпланетному закону, по которому незаселенный мир принадлежит тем, кто его колонизирует.

– В этом законе речь идет только о незаселенных звездных системах.

Ответа не было. Голос бесстрастно произнес:

– Вы находитесь в пределах системы Сатурна, вам приказано немедленно их покинуть. Если вы не уйдете, мы вас захватим. Все корабли Земной федерации в дальнейшем будут захватываться без всяких предупреждений. Вы должны начать ускорение через восемь минут, иначе мы начнем действовать.

Лицо Верзилы радостно вспыхнуло. Он прошептал:

– Пусть попробуют, Счастливчик. Покажем им, чего стоит наш «Метеор».

Но Дэвид не обратил на это внимания. Он сказал в передатчик:

– Ваше сообщение получено. Мы не признаем власть Сириуса, но уходим добровольно.

И он прервал связь.

Верзила пришел в ужас.

– Пески Марса, Счастливчик! Мы убежим от своры сирианцев? Оставим капсулу, чтобы они ее нашли?

Дэвид ответил:

– Сейчас, Верзила, придется уходить.

Голову он наклонил, лицо его побледнело и приняло напряженное выражение, но взгляд не был взглядом человека, потерпевшего поражение. Все, что угодно, только не это.

Глава 4

Между Юпитером и Сатурном

Старшим офицером на кораблях-преследователях (не считая, разумеется, члена Совета Василевского) был капитан Майрон Бернольд, лет пятидесяти, с фигурой человека на десять лет моложе. На мундире его было четыре полоски.