Волчица на продажу. Соната золотой луны

– Познакомиться, Эмбер, – голос больше походил на эхо, глухой, пронзающий до костей. Он встал, и я даже не заметила, как и когда. На каждом из невероятно длинных пальцев красовались причудливые перстни. Камни сверкали, даже при тусклом освещении.

– Уходите, – я не говорила, я шептала охрипшим от страха голосом.

Передо мной стоял тот, кого мне рекомендовали избегать всяческими способами. И я понимаю почему, один его взгляд и я уже приросла к земле. Почему Рэджи его впустил? Хотя, такого не остановишь. Даже, насколько знаю, в совете его побаиваются, древний вампир, в совершенстве владеющий магией.

По моим сведениям его давно не было в городе. И я очень надеялась провернуть все, пока он не появится. Но рассказы ничто по сравнению с тем, что я видела воочию.

– Страх, его слишком много в тебе, волчица. Он мне мешает в полной мере ощутить твой аромат, – мне казалось, его голос звучит у меня на подкорке сознания. Вампир стал ходить вокруг меня неспешными кругами, пристально разглядывая меня, и от его взгляда кидало то в холод, то в жар.

– Что вам нужно? – я ощущала себя загнанной в угол дичью.

– Дай мне попробовать твою кровь, – ужас сковал внутренности, и при всем, я понимала, что никогда не смогу произнести «Нет». Если все ужасы, которые о нем рассказывают, правда, то я влипла.

Я замычала что-то нечленораздельное, ненавидя себя за слабость.

– Я не буду пить твою кровь. Мне нужна одна капля, – он улыбнулся миролюбиво, успокаивающе, на его лице подобная улыбка выглядела странно.

– З… з… за… чем? – зубы отбивали чечетку, губы не слушались.

– Хочу тебя прочитать, – он взял меня за руку, длинные пальцы блуждали по ладони, как же стало хорошо и тепло. Я ощущала, как тело расслабляется, уходит страх, а губы сами по себе разъезжаются в глупейшей улыбке.

– Офал, нет, – знакомый голос проник в мое сознание, вытягивая меня на поверхность из сладкого дурмана.

Я повернула голову, в дверях стоял Рафаэль. Чары уходили, вампир отпустил мою руку и больше не пытался удержать. Вернулся страх, и я была так благодарна Рафаэлю, что вновь могу чувствовать его. Лучше пусть страх, чем блаженная колдовская эйфория.

– Рафаэль, отрада моего сердца! Рад тебя созерцать в добром здравии, – ужасающий гость, кажется, забыл о моем существовании и направился к моему спасителю.

– Офал, не ожидал.