Искусственные люди. Лаборатория жизни

Продираясь сквозь публику и ища глазами знакомого, Коулман с удивлением отметил, как много людей собралось сегодня в помещении. Обычно судебные процессы не вызывали особого интереса у публики, но сегодня в зале царил аншлаг. Взбудораженный гул людских голосов заполз в голову молодого мужчины, и тот недовольно поморщился.

– В чем дело? – едва успел спросить он у Дишоу, как только судебный заседатель попросил соблюдать тишину.

– Смотри и запоминай.

В первом ряду, справа от стола судьи, сидел парень. Он был очень молод – лет двадцать, не больше.

И очень напуган, несмотря на упрямо задранный кверху подбородок.

Михаэль видел сбоку его лицо и отметил капли пота, катившиеся по лбу бедолаги. «Интересно, что же он натворил? Кража? Но господин Дишоу явно не позвал бы его ради такой ерунды. Нет, здесь дело посерьезнее», – подумал иностранец.

– Франц Симонэ обвиняется в непотребных приставаниях к Лиане Шелтер, – наклонился к нему наставник, объясняя ситуацию.

Постепенно перед Михаэлем вырисовывалась картина.

Симонэ и Шелтер обручились по взаимному согласию, но без разрешения родителей девушки. Задолго до помолвки они выбрали для дочери другую партию, и по законам страны имели на это право.

Насколько сильно изменился мир! В далеком 2020 году в цивилизованных странах никто бы не обратил на это внимания, но нынешние реалии диктовали новые правила.

В государстве, где жил последний месяц Коулман, строго контролировались все браки – женщины должны были доставаться самым сильным, лучшим, богатым, влиятельным.

И в этом мире не было места для любви. Кто-то быстро привык, а отдельные бунты молодых парней жестко пресекались. Некоторые женщины были даже рады сложившейся ситуации – обеспеченная жизнь привлекала многих. Но не всех.

Пылающая, игривая молодость не знает слова «расчет». Она не может запереть себя в клетке и выбирать того, на кого покажет пальцем общество. Она хочет любить и быть любимой, испытывать искренние чувства и радоваться изо всех сил. Но и эти крохи счастья у нее отобрали.

Парень из простой семьи полюбил красавицу из богатого рода. Воспетый сотнями книг сюжет был гротескно утрирован. В новом мире это грозило не просто позором или увольнением, а изгнанием и, возможно, смертью.

Коулман услышал слова за спиной – мягкий женский голосок судорожно кому-то шептал: «Бедная Лиана, она плачет навзрыд. А ее уже на днях выдают замуж за другого. А Франца могут казнить. Но они ведь любят друг друга. Дурацкие законы. Бежать надо.