Искусственные люди. Возрождение

Это не Билл или Вивиан искусственники, а ты! Потому что твоя душа сделана из пластика, даже не камня! Ты мне больше не сестра! – обычно мягкая и спокойная Доли сильно рассердилась. Невозмутимость и нежелание сестры признавать свои ошибки довели ее до бешенства.

Кимимела не нашла, что сказать. Она открывала рот, как рыба, и перебирала тысячи вариантов ответа в голове, но ни один не подходил. Напряженный голос Ромула прервал их распри:

– Сейчас сюда приедет бабушка. Я рассказал ей о том, что произошло.

Камилла примчалась быстро, едва только уловила суть дела.

– Кими поступила недальновидно, ей следовало поговорить с тобой или со мной. Но ты не должен ругать девочку.

– Мама, о чем ты говоришь?

– Я знаю, что говорю. Не перебивай меня. Доли первой совершила ошибку, Кими только попыталась исправить ситуацию.

Доли лишь ахнула, услышав бабушку. Впрочем, ничего удивительного, Камилла терпеть не могла искусственников, а значит, и Билла.

– Вот видишь, я не собиралась причинить вред Доли, – расправила плечи младшая дочь. – Камилла меня понимает.

– Конечно, понимаю, милая. И поэтому у меня есть предложение для Кими. Пожить со мной в первые годы учебы в университете.

– Да с удовольствием! – воскликнула Кимимела. – Пусть Доли остается здесь, я тоже не хочу ее видеть. Сейчас же пойду собирать свои вещи.

Девушка вскочила из-за стола и убежала наверх. Ромул разочарованно посмотрел на мать:

– Я не для этого позвал сюда тебя. Как ты можешь поддерживать неправильные поступки? Мы же хотим объяснить Кими, как можно и как нельзя поступать. А не отдалять ее от нас. Ведь несмотря на произошедшее, мы одна семья и любим друг друга. И Кими, я уверен, в глубине души любит Доли.

– Так оно и есть, но ты сам видишь, в каком она сейчас состоянии. Если девочки останутся вместе, то вулкан взорвется.

Ромул вздохнул. Камилла опять нашла такие слова, что он вынужден был с ней согласиться. Не было сил сопротивляться. Возможно, мама права и так будет лучше для всех. Но нужно объяснить дочери, что он не отказывается от нее.

– Кими, – сказал отец, едва та снова появилась на горизонте с большим чемоданом, – я еще раз хочу попросить тебя остаться. Я не приветствую твой поступок, но все равно мы сильно тебя любим.