Истинная для князя тьмы

 – И вы прекрасно понимаете разницу между удаленным присутствием и личной встречей.

– И меня нет вариантов, да? – голос звучит как у заключенной, услышавшей смертный приговор.

– Это был ваш выбор, Кэрол, – разводит руки в стороны.

– Только не было условий, что моя жизнь будет настолько зависеть от него! Был разговор об услугах… а не… – плотину моей сдержанности прорывает, эмоции вырываются наружу.

– Я лишь гонец, принесший весть, – старомодный поклон, и сейчас я вижу в нем едва прикрытое издевательство. – Все свое недовольство вы можете озвучить князю лично.

– У меня нет возможности просто исчезнуть. Вы прекрасно знаете это. Мой брат начнет сразу же бить тревогу, если я пропаду, – хватаюсь за спасительную соломинку, такую жалкую, что она рассыпается у меня в руках.

– Скажете, что едете в путешествие. Изворотливость – одна из ваших отличительных черт, Кэрол.

– Спасибо, что научили меня так мастерски врать, – не удержалась от сарказма.

– Всегда, пожалуйста, – подмигивает мне. – У вас сутки на сборы…

В следующее мгновение он просто растворяется в воздухе.

Только что был, и вот его уже нет. Только утробный ужас остался.

Смотрю на горстку пепла, которой был Остин. И понимаю, что моя жизнь точно так же рассыпается.

Я не могу им перечить. Не могу пойти против. Но все эти годы я предпочитала наивно верить, что князю до меня нет особого дела, я ведь просто одна из должниц. Не более. И хоть звоночки были, и не раз, но я упорно их игнорировала.

Никогда не видела князя. Незнакома с ним лично.

Гаспар – посредник между нами, и сделка проходила через него. Но осознание, что это жуткая тварь тьмы, отравляет сознание. Нелегко понимать, что твоя жизнь зависит от прихотей монстра, у которого столько силы, что оборотням и не снилось. Да что там оборотни, я не знаю никого могущественней и опасней. Высосать вот так жизнь, это для него, как семечки щелкать. Князь всегда находится в тени и управляет своими пешками, играет как марионетками. А самое паршивое – я связана с ним.

Причем, добровольно согласилась на все. Мне надо было спасти брата. Он погибал, уже одной ногой стоял на краю могилы. И я попросила у того, кто повелевает смертью, жизнь. Условия? Боюсь, что я до сих пор не знаю их до конца.

Покидаю злополучное место. Иду прочь, и кажется, в спину мне кто-то смотрит. Оборачиваюсь. Никого. Темнота. Тихая теплая ночь. Только отчего-то очень холодно.

До дома добираюсь утром. Долго бродила по лесу. Артас и его жена уже проснулись.