Истинная для князя тьмы

В руке он держит бокал, на длинном пальце блестит большое кольцо. Сверкает, переливается, притягивает взгляд. Князь делает глоток, и я судорожно глотаю комок, в горле пересохло. Как у него получается даже это мимолетное движение превратить в будоражащее кровь представление? Кажется, можно вечность вот так сидеть и наблюдать за ним.

– Опрометчиво с твоей стороны, приходить к хозяину дома с оскорблениями, – он говорит с сильным акцентом, по-моему, испанским. Но даже эта деталь лишь украшает его, добавляя в каждую букву таинственности и шарма.

– Я и слова не сказала, – чтобы занять руки беру бокал и делаю глоток.

М-м-м… божественный вкус вина. Я действительно из всех алкогольных напитков предпочитаю сухое вино, и даже в этом он отличился. Изысканный букет напитка заставляет зажмуриться от удовольствия. Именно тот вкус, который я всю жизнь хотела попробовать, но так ни разу и не нашла.

– Оскорбления в твоих мыслях, нет надобности их произносить, – он говорит благодушно, снисходительно.

А я не сразу понимаю смысл сказанного, вначале впитываю бархатистые звуки, наслаждаюсь, как они опутывают кожу и проникают дальше.

– Ты читаешь мои мысли? – хмурюсь, и тут же краснею. Готова провалиться сквозь землю со стыда, если он реально прочитал все, что твориться в моем затуманенном сознании.

– Не вижу в этом надобности, все написано на твоем лице, – грациозный взмах пушистых ресниц. – Полагаю, в твоей жизни было достаточно моментов, чтобы научиться отличать живых от мертвецов, – взгляд бьет прямо в нутро, заставляет вздрогнуть.

– Это не оскорбления. Факт, – набираю в легкие больше воздуха. Смотрю на свой бокал, только бы не видеть этого обманчивого совершенства. – Вампиры существуют за чертой, поддерживают иллюзию жизни посредством чужой крови.

– Мы питаемся, чтобы жить, это касается всех организмов. Различие лишь в способе питания.

– Различие есть, смерть уже забрала тебя. А ты не ушел к ней только потому, что в тебе течет чужая жизнь, чужая кровь.

И лиши тебя крови, что тогда? Иссохнешь, превратишься в пыль, – пожимаю плечами. Я резка, но так я защищаюсь от его очарования, которое слишком меня порабощает, и мне надо любым способом разорвать дьявольские путы. – И насколько бы ты ни казался живым, князь Дракула, это лишь оболочка, которую тебе удалось сохранить.

– Дракула? – комната наполняется густым, осязаемым смехом. Таким плотным, что хочется протянуть руку и прикоснуться к нему.