Эскорт для оборотня-инкуба

Не могу понять, как себя дальше с ним вести.

Все же Хантер его брат. А я… я никто… Девка, купленная в борделе.

– Все было большими буквами написано у вас на лицах, – он расслаблен, невозмутим, и даже полуулыбка играет на соблазнительных губах. Только это маска, теперь я это точно знаю. А вот что скрывается за ней? Как разгадать этого странного инкуба?

– Как я заметила, между вами тоже братской теплоты и в помине нет, – лучше нападать, задавать вопросы, чтобы он хоть сейчас не лез мне в душу.

– В основном я вернулся в город именно из-за него, – подходит к бару, наливает себе выпить, делает несколько больших глотков.

– Чтобы помириться? Или…

– Или осадить его чрезмерный неуемный пыл, – обезоруживающая улыбка, мягкий голос.

– Хантер сказал, что ты его предал, это правда?

– Отчасти… зерно истины в этом есть, – закуривает, выпускает кольцо дыма, смотрит на меня, с нескрываемым интересом.

– Любопытно, что ты мог сделать такому ублюд… – осекаюсь, прикусываю язык, – Такому как Хантер?

– А ты полагаешь, я лучше брата? – глаза моментально вспыхивают серебристым мягким светом.

– Ты не принадлежишь к сорту отборной мрази. Но и белые крылья я тебе не приделываю, – тут юлить нет смысла.

– Прости, не предложил тебе выпить. Будешь что-нибудь? – вновь оказывается около бара, смотрит на меня через плечо, в губах зажата сигарета, и даже я пустая и холодная, должна признаться – выглядит он непростительно сексуально.

– Буду, – мне надо выпить.

– Что?

– То же что и ты.

Он наливает мне виски, приносит стакан и садится около меня на корточки. Дым от его сигареты не раздражает. У него какой-то особый аромат, что щекочет нервные рецепторы. Оборотень очень странный, за ним хочется наблюдать. Хочется разгадать его секреты. Да и простое созерцание приносит эстетическое удовольствие. И это впервые в моей жизни. Я уже привыкла, что мир мужчин для меня – это равносильно ненависти, презрению, омерзению.

Делаю глоток виски. Обжигающая жидкость течет по горлу, и я смотрю в кристально-серые глаза, этот коктейль алкоголя и дивного сияния дарит чувство легкости, какого-то странного кайфа.

– Так что ты все-таки сделал? – делаю еще один глоток.