Фригидная для оборотня многоженца

Так пристально, что невольно отвожу взгляд. Я не против даже под стол спрятаться, только бы не ощущать прикосновений черного золота к своей душе.

И вдруг резко начинает хохотать. Дьявольский бархатный смех опутывает меня, проникает в каждую пору кожи, задевает нервы, течет по крови, прямо к сердцу. Всем тело ощущаю эту сатанинскую мелодию, и она поет о неизбежности, о западне, о том, что я в его власти. Полностью. Безраздельно. Безгранично.

Нет. Вздрагиваю. Мотаю головой. Пытаюсь прогнать наваждение. Он что, опять применяет ментальные фокусы? Внушает свою волю?

– Не думал, что с тобой будет так весело, – в голове еще звенят отголоски сатанинского, порочного смеха.

Глаза искрятся, сверкают, переливается, в который раз завораживают. – Ты искренне полагаешь, что ложь, в которой жила, и есть счастье?

– Мы с Джеком любили друг друга, – моя фраза звучит жалко, даже для меня самой.

– Хочешь сказать, по людским меркам вечный обман и есть любовь? – выгибает дугой бровь. – Вивьен, – снова имя из его уст проходится теплой волной по коже.

Даже когда я закипаю от ярости. – Ты послушно принимала пилюли лжи, они стали твоей пищей, способом существования. И сейчас из последних сил пытаешься ухватиться за рассыпавшийся иллюзорный мир.

– Не твое дело! Пока ты не влез, у нас все было замечательно! – сжимаю руки в кулаки. Его слова впиваются иголками под кожу. Каждый звук, каждая буква – новый порез.

– Замечательно? – он снова начинает хохотать. Опаляя меня золотыми искрами из глаз. – Замечательно? Позволь уточнить, роль прислужницы ты считаешь для себя замечательной?

– Я не была, как ты выразился прислужницей! У нас были равноправные отношения! – говорю, изо всех сил стараясь не повысить голос.

Сдерживаю ярость. Мне нужен холодный, трезвый рассудок, чтобы противостоять чудовищу.

– Не прислужницей? А кем? – губы расплываются в широкой улыбке. – Тряпкой? Подстилкой?

– Женой! Любимой женой! – все же срываюсь на крик.

Щеки горят Так, словно он отхлестал меня по ним.

Так и есть. Словесно я сейчас получила не одну пощечину.

– А ты… дьявольское отродье… ты принудил его… ты влез… ты все разрушил… – ну, вот, я уже запинаюсь. Слезы душат. Но я пока не даю им волю. Не выпускаю наружу.

– Запомни простую истину – нельзя разрушить то, чего нет, – медленно берет бокал. Не спеша делает глоток. Неотрывно смотрит на меня. Создается ощущение, что пьет он именно меня. Высасывает эмоции. – Но, так и быть, я сделаю тебе свадебный подарок.