Сердце зимы

Именно здесь царь Рхеля принимал своих советников и почтенных гостей, с которыми желал вести беседы с глазу на глаз.

Распорядитель побеспокоил Катарину лишь за полдень следующего дня. Привычно раскланявшись, Киран передал на словах приглашение Ракела: царь просит гостью присоединиться к нему в Малом тронном зале. Сегодня Катарина с особой тщательностью подобрала наряд. Строгий силуэт темно-вишневого платья, разбавленный по пройме лентами, всего на тон светлее основной ткани. Рабыни гладко подобрали ее волосы, шею украсила лишь одна нитка жемчуга.

Окинув себя придирчивым взглядом в серебряном зеркале, леди даро-Исаэт осталась довольна.

Ракел, вопреки ее ожиданиям, не сидел на троне. Когда двери распахнулись, Катарина нашла правителя рхельского царства сидящим во главе стола. Завидев гостью, Ракел поднялся ей навстречу.

– Леди даро-Исаэт, – он припал губами к ее ладони. – Вы знаете, что менестрели Рхеля уж давно называют вас Цветком персика?

Катарина, настроившая себя на тяжелую беседу, не смогла сдержать довольную улыбку.

Ракелу было немногим за сорок. Рослый и статный, он обладал величественной осанкой и живыми зелеными глазами. Аккуратная курчавая бородка обрамляла волевой подбородок и скулы, встречаясь с густой каштановой шевелюрой. Старый шрам рассекал висок царя, ничуть не портя лица. Шелковые одежды были просты, но тяжелая цепь белого золота стоила полсотни отборных скакунов.

– Ваше Величество галантнейший среди правителей, – сказала Катарина чистую правду.

– Простите ли вы мое давешнее невнимание? – Царь настороженно ждал ответа. – Дела государственные… Мне ли вам говорить, как часто заботы застят мир вокруг, леди Катарина.

– Мои заботы ничто, в сравнении с царскими.

Ракел повел рукой, указывая на стол.

– Я хотел бы отобедать с вами, леди Катарина. Мой новый повар просто кудесник.

На стол подали запеченный в меду телячий окорок, грибы, фазанов, форель и лосося в сметане и еще много других блюд, большинство из которых Катарина в тот вечер так и не попробовала.

Разделив пищу, они вели непринужденную беседу.

На сладкое принесли еще с десяток блюд, от запаха которых рот Катарины наполнился слюной, хоть желудок ее был уже полон.

После они, как водится, сели за шахматы.