Фазеры. Часть первая. Фаза сна

 – Дедушка с раздражением оглядел твой внешний вид. Сам он, как и в прошлую вашу встречу, был одет официально: темно-зеленая рубашка, черные брюки и жилет. Зализанные волосы хоть и были седыми, но не казались признаком старости – может, они с рождения у него были белого цвета?

– Сонное, – пробормотала ты.

Дед встал из-за стола и подошел к книжному шкафу, занимающему всю левую стену. Двигался он так бодро, что ты невольно задумалась: сколько же ему лет.

– Присаживайся, дорогая. – Дед указал ладонью на кресло, стоящее перед шкафом, сам же уселся во второе напротив.

Еле держась на негнущихся ногах, ты подошла к свободному креслу и плюхнулась в него со всей силы. Дед в это время хлопнул в ладоши, и в комнате оказался незнакомый робот. Выслушав наказ хозяина, он кивнул и уехал.

А ты, чтобы отвлечься от страха, разглядывала кабинет, оформленный в темных цветах: деревянная мебель, каменные стены и пол. На столе хозяин расставил десятки маленьких предметов. В коробке-наборе для рисования не хватало одного карандаша.

Чтобы отогнать иллюзию, ты сконцентрировалась на ящике, установленном в стене позади карандаша. «Сейф? – подумала ты и вдруг догадалась: – Да это же полка, с помощью которой мне доставили еду в жуткую комнату». Это значило, что именно дед отправил тебе то послание.

– Дорогая, ты будешь завтракать? – хрипло спросил дедушка, нажимая кнопки на планшете.

Тебя передернуло от слова «дорогая», но ты стерпела это, закусив губу от раздражения.

– Да, – коротко ответила, размышляя о том, что самое важное нужно было спросить в этот день.

– Мне так жаль, что тебе пришлось пережить бессонную ночь, – ласково пробормотал дед, отложил планшет на журнальный столик меж кресел и сосредоточенно посмотрел на старшую внучку. – Ты провела долгое время дома и многого не знаешь о мире.

– И дождь, и небо, – мечтательно пробормотала ты.

О, сколько раз за эти дни ты грезила выйти из душного помещения и оказаться на свежем воздухе, ощутить дуновение ветра, ласкающие кожу и почувствовать капли дождя, скатывающиеся по лицу. Все, как в твоих лучших снах. Но некая внутренняя сила подсказывала, что этого не произойдет.

– И дождь, и небо. – Дед с грустью вздохнул.