Твоя по контракту

– Дай сяду за руль? – я чувствовал себя младенцем, которого впервые вывели на прогулку.

– Не борзей, Арс. Первое время тебя будет всюду сопровождать водитель.

Брат наградил меня тяжелым взглядом.

– Не просто сопровождать, но и приглядывать, сигнализировать мне. Узнаю, что ты сорвался, отправлю на лечение за границу. На год. В закрытую лечебницу без права посещения. Ясно?

– Яснее некуда, – согласился я и одернул рукава джемпера.

Разгладил ладонью джинсы. Мне было непривычно в такой повседневной одежде.

– Зарули на кладбище, – попросил я.

– Я знал, что ты это скажешь, – брат иронично хмыкнул, но больше не насмехался надо мной.

Он привез меня на кладбище и показал могилу Миланы. Старший брат отошел в сторону, предоставляя мне свободное пространство для скорби.

Я, глядя на дорогущий памятник, не ощутил почти ничего. Мне не верилось, что Милана мертва. Как будто от того, что я не увидел своими глазами, как в землю опускали гроб с телом девушки, ее смерть можно было считать фикцией.

Но могила была. Памятник, фото, строки соболезнования. Свежие букеты цветов.

Я поправил один из венков и только потом, прикоснувшись к скорбному атрибуту смерти, понял, что Милана мертва. Совсем. Окончательно.

– Вань?

Брат подошел ко мне, остановившись рядом.

– Чего?

– Как это случилось?

– Не справилась с управлением. Села за руль не в том состоянии.

– Пьяной? – уточнил я.

– Не пьяной, а нажравшейся таблеток радости. Без шансов. Ее головой можно было в футбол играть, – мрачно пошутил Ваня.

Потом брат пристально посмотрел на меня, впиваясь пристальным взглядом, словно искал следы одержимости.

Пока не было ничего. Сердце билось ровно и спокойно. Минутой ранее я принял смерть бывшей невесты. Гораздо больше меня интересовал другой вопрос.

– Со мной в клубе была девушка. Я принял ее за Милану. Что с ней?

Ваня приподнял уголки губ, обозначая улыбку.

– Я решил эту проблему.

Брат посмотрел на часы и хлопнул меня по плечу.

– Пора возвращаться домой. Сегодня ты переночуешь у нас.

– Жена не будет против?

Ваня пожал плечами:

– Оксана тебя не переваривает, зато дети будут рады. Они по тебе соскучились.

Я нырнул в теплый салон автомобиля. Ваня развлекал меня беседой. Но у меня из памяти не выходил смутный образ.

Кроваво-красное платье, светлые волосы, еле слышные оправдания.