Третья смена

В этом году ей исполнилось целых двенадцать лет. И из этих двенадцати лет мама отправляет её в один и тот же пионерлагерь на всё лето, на все три смены – пять лет подряд. Ужас и скукотища.

Эта уже третья смена у Вороны. Августовская. Всего-то на выходные, пока шла пересменка в пионерлагере, она приезжала домой после второй смены, и вот, жёлтый, надоевший до коликов в животе, автобус – готов увезти её обратно в опостылевший лагерь.

Мама одна «тянула» Светку. Она работала на трёх работах, недосыпая, недоедая и не позволяя себе и дочери «ничего лишнего».

«Одноночка» – так обзывали за глаза дворовые кумушки-старушки таких женщин, что родили детей «для себя», без призрачной надежды когда-нибудь выйти замуж.

Денег в маленькой, но дружной семье, всегда не хватало. Вот Вороне и приходилось донашивать вещи за детьми, а иногда, и за взрослыми, со всей их улицы.

Конечно, ей хотелось иметь и новое нарядное платье, и босоножки с блестящей пряжечкой, и модную сумку.

Но… что люди добрые за ненадобностью им подали, то и носила.

Соседи, завидев на Вороне свои вещи, не стеснялись, указывали ей на это, ну и, конечно, на то, что она не очень бережно носит их подачки.

Поэтому Ворона, пользуясь тем, что мама её сейчас не видит, нарядилась в «свою одежду». То есть, в ситцевое, застиранное до марлевой прозрачности платье, что было безбожно ей мало, и новые, не из комиссионки, красные резиновые сапоги, купленные мамой с премии на осень.

Зычные голоса пионервожатых позвали всех детей прощаться с родителями и рассаживаться по автобусам.

И Ворона, подхватив свой многострадальный чемодан, поплелась к желтобокому ПАЗику.

***

Ничего хорошего Ворона не ожидала от этой третьей смены, в надоевшем ей до чесотки, пионерском лагере.

Ну, чего не ожидала, того и не получила.

В первый же день, как только все ребята разбежались по своим спальным корпусам да по палатам, и расселись на своих койках, она…

Выперлась в коридор, побродить – побездельничать до обеда, и столкнулась нос к носу с та-а-аким парнем…

Ну вот есть такие пацаны, которые круче всех.

И внешне, и вообще. И вот у них в третьем отряде, не пойми как, оказался такой самый крутой парень на свете. Высокий, спортивный, не с «нашенской» бледно-зелёной кожей, а с коричнево-южным загаром. И звали этого чудесного принца из сказки так клёво. Ах! Сталеслав.

Поговаривали, что отец у него – крутая шишка на местном медеплавильном заводе.