Невинная пленница

Что он ей печень и рёбра отбивает.

«Терпи, женщина. Богатыря растишь!» – подбадриваю я её.

Это её женское предназначение. Родить наследника мужчине.

Своё я выполнил. Дом построил. Деревьев насадил. Теперь вот сына жду. Ещё и вкалываю как чокнутый. Лейла за всю свою жизнь нигде не работала. Папочка содержал, да баловал.

Я вдруг замечаю, как мои глаза увлажнились.

Да ладно. Серьёзно? Я слезу пустил.

Никогда ещё себя так не чувствовал. Слишком сильные переживания вызвал этот маленький человечек, активно ворочающийся на экране компьютера.

– Лейла, – мягко шепчу, сжимая руку супруги. – Ты рада?

– Ну, я вообще-то дочку хотела! – капризно прыснула она.

Такой хороший момент… Был. Надо было испортить.

Эх, женщина!

Слёзы радости быстро испарились.

По пищеводу к горлу поползла желчь.

Тигр внутри меня обнажил клыки.

Между нами повисло ледяное напряжение.

Я лишь холодно окатил жёнушку чёрными глазами.

– Что ж, – откашливается врач, – плод развивается в соответствии с нормами.

С малышом всё хорошо. Однако, дабы не рисковать и не спровоцировать преждевременные роды, из-за низкого предлежания плаценты, я рекомендовал бы вам воздержаться от интима.

Лейла поправляет платье, поднимается с кушетки, кивая.

Скамья под её немалым весом жалобно поскрипывает.

– Сейчас я распечатаю вам фотографии вашего ребёночка, видео скину на флешку и вы можете идти.

– Большое спасибо, Ильнар.

Получив заключение, мы с Лейлой выходим в холл.

Я стараюсь не думать об инциденте в кабинете УЗИ, сосредотачиваюсь на работе.

Впрочем, как обычно. Работа сейчас главнее семьи. Я не семьянин. Я не был готов к женитьбе. И порвал бы отношения с так называемой женой, если бы она не заявила, что беременна.

Плакаться начала, умоляла, чтобы я не подавал на развод, после смерти её отца, ведь малыш – это наш шанс, дарованный свыше, который в скором времени пробудит в наших душах любовь.

Я ей поверил. Пожалел ещё. Отца все-таки потеряла. Теперь осталась одна. Кроме меня у нее есть лишь собака.

Надоедлива, вечно тявкающая болонка, которая постоянно гадит мне в ботинки.

Жена права, может быть, моё отношение к ней изменится. И мы полюбим друг друга.

Стерпится. Слюбится. Так тоже бывает.

Мы не успеваем даже на улицу выйти, Лейла вдруг начинает капризничать.

– Тагир, я есть хочу! – хнычет она, поглаживая живот, как танкер прёт по коридорам клиники утиной походкой.

Она очень сильно поправилась! Жену разнесло как пороховую бочку.