Завещание 2. Регина

Мне хотелось сделать сюрприз маме, поэтому я ей ничего не сказала, а позвонила дяде Килиму и сообщила, что собираюсь прилететь на пару дней, да и теплые вещи пора было перевозить, поскольку в воздухе над городом уже витало ощущение близкого наступления зимы.

Килим Ярашевич воспринял мою авантюру с энтузиазмом и клятвенно пообещал, что маме не скажет ни слова. Я ему поверила, ведь его слово всегда было твердо, словно сталь. Жаль, что такие мужчины не встречались мне среди нашего поколения. Если бы я такого встретила, влюбилась бы без оглядки.

И что-то мне подсказывает, что такой мужчина, как дядя Килим, ни разу не закатил бы мне бабской истерики по поводу отсутствия плотских отношений, а ждал бы столько, сколько потребуется. Почему-то мне казалось, что к такому мужчине и жар-птица сама бы в руки пошла, а суровый дракон при виде него самоубился, а для путешествия в неизвестном направлении непонятно зачем отыскался бы клубочек со встроенным GPS навигатором.

Да, такие мужчины – редкость.

И почему только мама этого не понимает…

В аэропорту меня встречала неизменная статуя медведя и, улыбающийся во все тридцать два, Килим Ярашевич.

Я, наплевав на любые приличия, бросилась к нему на шею на глазах у всех прибывших и встречающих:

– Папа!

– Малая.

Его огромные руки сжали меня в медвежьих объятьях. И именно в этот момент я почувствовала себя дома. Запах родного человека, непревзойденное чувство защищенности и понимание, что тебя ждали и тебе рады.

– Как ты тут? – спросила я, когда мои хрупкие косточки перестали сдавливать в тисках.

– По-стариковски, – ответил этот верзила, которому и сорока-то не было.

– Ты так говоришь, словно ты глубокий старец, – рассмеялась я.

– Знаешь что? Вот доживешь до моих лет, поймешь.

Так, шутливо пререкаясь, мы дошли до его машины. Вещей со мной почти не было, ведь именно за ними я и прилетела. К тому же всего на пару дней.

– Надолго? – спросил Килим Ярашевич, выруливая со стоянки.

– Нет, – грустно улыбнулась я. – Соберу теплые вещички и назад.

– Ну, рассказывай, как жизнь московская? Небось, парни за тобой косяками увиваются. Вон, красавица какая.

– Скажешь тоже, – покраснела я, поправляя съехавшую на глаза шапку. – Никаких косяков нет. Есть только один.

– Так, – протянул он. – А это уже интересно.

– А ты разве ничего не знаешь? – удивилась я. – Тебе мама не рассказывала?

Лицо дяди Килима ту же посуровело.