Простушка для босса

– Английский?

– Разговорный.

– Память?

– Не фотографическая, но информацию усваиваю быстро.

– Хм…

После этого «хм» босс оглядел меня еще раз пристально с головы до ног.

– Скажи-ка мне вот еще что, Семенова Ульяна.

Платонов сделал одно движение вперед.

Совсем крошечное, но при этом его нос почти коснулся моего, а губы приоткрылись. Полные, красивые губы смотрелись как сочный плод, который хотелось попробовать – куснуть, лизнуть, подержать во рту и подразнить языком.

Я знала кое-что о поцелуях, мы с Колей иногда целовались.

Внезапно вспыхнувшее влечение к мужчине было одуряюще сильным.

Мне показалось, что Платонов меня поцелует.

Глава 2

Ульяна

Наверное, это произошло бы – черт знает каким фантастическим образом – если бы не мой разум, пискнувший в последний момент, что целоваться с Платоновым никак нельзя!

Иначе наш поцелуй запустит необратимую реакцию и зелье сработает.

– Какой у тебя размер, Семенова?

– Ч-ч-что?

– Размер! – настойчиво повторил Платонов, скользя губами по уху.

От его жаркого шепота мурашки расползлись по телу приятной волной.

– Р-р-размер ноги?

– Размер всего. Впрочем, не отвечай. Я сам проверю! – многозначительно пообещал босс и шмякнул обе ладони на мой зад, сжав его хорошенько.

– Ах! – выдала я возмущенно. – Что вы творите?

– Так, тут все ясно! – ответил невозмутимо. – А с молочными железами у нас что?!

При этих словах босс переместил ладони на мою грудь и беспардонно сжал пальцами.

– Не может быть! – хмыкнул недоверчиво и прошелся вверх и вниз, крепко, по-мужски исследуя тело. – Неужели тебе есть чем похвастаться, а сразу так и не скажешь! Лифчик неудачный, что ли?!

– Хватит! – выдохнула я, едва держась на ногах.

Я покачнулась и совсем размякла от собственнических касаний, а надо было залепить ему пощечину!

– Гут! Зер гут! – одобрительно кивнул босс и присел на корточки, потянул мою ногу на себя.

При этом мне пришлось схватиться за его голову, чтобы устоять на ногах.

– Тридцать седьмой размер! – констатировал босс, повернув мою ступню. – Тридцать седьмой размер и трусы-парашюты в горошек! – хмыкнул, заглянув под платье.