Загадка замка Эппл-Гроув

– А вы, господин, за меня не беспокойтесь, – противно хихикнув, отозвался второй, – я свою выгоду не упущу, уж будьте уверены…

– Да мне как-то всё равно, знаешь ли, – мужчина поправил капюшон плаща затянутой в чёрную перчатку рукой и, поворачиваясь спиной к собеседнику, обронил, – прощай, глупец…

– Кто из нас глупец, мы ещё посмотрим, – прошипел тот, и в его руке серебристой рыбкой мелькнул нож.

Мужчина в плаще не обернулся, а просто сделал скользящий шаг в сторону и рукой поймал летящую в него смерть: нож словно завис в ночном воздухе, пропитанном запахом рыбы, гниющих водорослей и мокрого дерева, и бессильно упал в подставленную ладонь.

– Пятикрылый и все силы его, – ошеломлённо прошептал несостоявшийся убийца и медленно сделал шаг назад, стараясь не поскользнуться на мокрых досках, – магик…

– Ты стал быстро соображать, старик, – развернулся к нему мужчина в плаще, – но не думаю, что тебе это поможет. Вот ведь жадность человеческая… а ведь мог взять пятьдесят золотых, отдать гримуар и жить долго и спокойно.

– Господин маг, прошу вас, давайте поговорим, – старик отступал, не видя, что идёт прямо к возникшей словно ниоткуда у него за спиной тёмной колышущейся колонне.

– Мы вроде как уже поговорили, разве нет? – издёвку в голосе мага невозможно было не услышать, – и договорились до того, что ты отказался от сделки. Да ещё и убить меня хотел… нехорошо-то как, нечестно, некрасиво…

– Демоны попутали, – хриплым, прерывающимся от страха голосом проговорил старик, делая ещё шаг назад, – я никогда больше… клянусь…

– Ну, разумеется, никогда, – кивнул маг, с холодным любопытством наблюдая, как тёмная колонна нависла над ничего не подозревающим стариком, – но на демонов не стоит напраслину возводить: они никогда с такой мразью, как ты, дел иметь не стали бы.

С этими словами маг развернулся и только недовольно поморщился, услышав за спиной придушенный вопль, быстро заглушённый довольным сопением и чавканьем.

Подобрав с мокрого причала сумку, выроненную стариком, маг брезгливо вытряхнул её содержимое прямо на грязные доски. Поворошив носком сапога вываленные вещи, он с досадой проворчал что-то на языке, понять который сегодня смогли бы уже очень и очень немногие: того, что мужчина искал, среди вещей не было.