Непутевый папочка

 – И… и Роме можете ничего не говорить! По вашему поведению я уже поняла, что моя беременность – это только моя проблема. Не ваша и не вашего сына. У таких, как вы, проблем не бывает!

Мира всё-таки изворачивается и выскальзывает из моего захвата.

– У тебя проблемы? Деньги нужны? – спрашиваю.

Но ответа не дожидаюсь. Дверь подъезда захлопывается с жутким грохотом. Похоже, девочка жуть как обидчива. Или я просто ляпнул совершенно не то? Отхожу от подъезда и сажусь в автомобиль. Но не спешу уезжать. Прокручиваю в голове короткий разговор.

Теперь я чувствую, что в моих репликах было слишком много обвиняющих тонов и скрытых намёков.

Неудивительно, что Мира обиделась. Но ведь поговорить можно было нормально! Не замыкаться, не поджимать пухлые, сочные губёшки, а поговорить открыто. Хотя… Помню я те разговоры со своими родителями и с родителями Оли! На нас смотрели так, словно мы совершили ужасное преступление, за которое нужно расплачиваться до конца дней своих, ведь учёба Оли была отложена, а на девочку возлагали большие надежды.

Удивительным образом настоящее моего сына переплетается с моим прошлым. Вроде я должен смотреть на ситуацию иначе, ведь сам проходил через нечто подобное. Но сейчас известно ещё очень мало, чтобы делать какие-то выводы.

Сижу в машине, проворачивая мысли в голове. Наблюдаю за подъездом – вижу, как несколько человек поднимаются вверх. Запоздало думаю о том, чтобы пойти следом… Ладно, сначала позвоню Ромке.

Набираю номер сына. Когда Мира сидела на кухне, Рома не поднимал трубку.

То же самое происходит и сейчас. Просто гудки. Я отправляю сыну сообщение с намёком. Скидываю ему ссылку на рекомендацию о защищённом сексе и следом отправляю ссылку о беременности.

Я не стал писать сообщением Роме о том, что ко мне пришла девушка и заявила о беременности от него. Подобные разговоры должны решаться тет-а-тет. Не посредством телефонного разговора и уж тем более, не через сообщение.

Можно же тронуться с места и поехать домой. Вернее, на временное убежище – квартиру.

Но вместо этого я выхожу и зачем-то трусь возле подъезда. Слышится писк домофонного замка. Выходит пара средних лет.

– Вечер добрый. Не подскажете, в какой квартире могу найти Самойлову Мирославу?

– У нас такие не живут! – пытается отделаться от меня мужчина.

– Двадцать лет, студентка, снимает комнату у бабушки, – чеканю я.

– А-а-а, это про квартирантку бабы Жени, – подсказывает спутница мужчины. – Пятый этаж. Дверь налево.