Беременна от миллиардера

– Знаешь… У тебя очень странное поведение. Возможно, у тебя маниакальная шизофрения или что-нибудь в этом роде. Ты же каждое моё слово, каждое предложение примеряешь на себя. Вероника не нашла на тебя компрометирующих сведений, а также сведений о том, что ты состоишь на учёте в псих диспансере. Но не все психически больные наблюдаются у врачей.

Он опять это делает. Давит катком превосходства и не упускает шанса упрекнуть меня в неадекватности.

– Только один вопрос, Егор! Если ты считаешь меня психически больной, почему позволил войти в твой дом? Остерегись, господин Орлов! – широко улыбаюсь.

– Меня ждал долгий и скучный вечер в обществе невесты по договору! – внезапно решает сообщить Егор. – А ты – сама непосредственность. Неплохое развлечение. Достойная история, чтобы потом делиться с друзьями нелепыми случаями из своей жизни, – объясняет мужчина, поднимаясь по ступенькам лестницы.

– О, как приятно, значит, сегодня я – твоя клоунесса?

Сверлю широкую мужскую спину взглядом, желая проделать дыру в дорогущем костюме.

– В спальне есть ванная комната. Можешь принять душ и привести себя в порядок.

Муравьед выражает беспокойство и начинает ёрзать на руках мужчины. Орлов спускает питомца на пол и тот проворно добирается до кровати, залезая на неё.

– Хм… Жоржу нравится эта комната, – комментирует Егор с улыбкой, наблюдая, как его экзотический питомец начинает тискать декоративную подушку.

– У меня есть одежда. И я не надену одежду с чужого плеча.

– Одежда предназначена для гостей женского пола. Абсолютно новая. Твоя одежда слишком… – морщится Егор. – Одним словом, не подходит для того, чтобы сидеть со мной за одним столом даже без присутствия посторонних лиц.

– Снять? – спрашиваю я, злясь.

– Не стоит! – останавливает меня жестом Егор.

Но уже слишком поздно. Я стаскиваю с себя просторную кофточку, снимая через горловину, швыряя в сторону кровати.

– Я не заказывал стриптиз! – цедит сквозь зубы Егор. – И если ты думаешь, что соблазнишь меня видом отреставрированных прелестей, то ты ошибаешься.

– Они настоящие! – возмущаюсь я.

– Да неужели?

В тёмных глазах Егора загорается огонёк неподдельного интереса.