Ашами. Проклятие Абику

Какого чёрта?

Последнюю фразу я сказала на родном языке, наблюдая за выглядывающим из-за колонны странным типом, которого видела раньше.

– Что случилось? – Руслан вырос за плечом, как по волшебству.

– Видишь того типа, что подсматривает за нами? – я указала на африканца, который забавно изображал, что он засмотрелся на одну из колонн, а затем быстро спрятался за ней. – Он пытался нас подслушать.

– Да он, может, просто речь знакомую услышал, – отмахнулся Руслан. – Знаешь, сколько с этого континента в наших вузах ребят обучалось в советские времена? Может, он тоже сын какой-нибудь уроженки бывшего СССР.

– Конечно, – кивнула я, соглашаясь, – вот только говорили мы на языке, который здесь могли слышать только от пропавшей Мары.

Руслан понял меня с полуслова и побежал в сторону здания вокзала, желая перехватить нашего наблюдателя. Нико бросился следом. Томара застыла с недоумением у открытой двери автомобиля. Парни быстро добежали до аэропорта и обошли вокруг указанной мной опоры, но мужчина исчез.

– Словно испарился, зараза. Вот только стоял и растворился! – он с надеждой посмотрел на меня. – Может, просто любопытный? Или что-нибудь стырить хотел?

Я пожала плечами.

– Поехали отсюда, – я направилась к ожидающей нас Томаре.

– У вас очень приметная подруга, – сказала она, узнав причину волнения. – Здесь к альбиносам особое отношение. Люди в Африке живут во всех смыслах приятные, пока вы не перешли им дорогу. Я объясню основные правила нахождения в Бенине, да и за его пределами, чтобы не нарваться на проклятие колдунов или ведьм.

После этих «успокаивающих» слов моя тревога лишь возросла. Я, конечно, видела магию в самом ярком её проявлении и не считала, что так называемые колдуны на Земле могут быть опаснее моего дорогого Чира, но стало страшно за брата. Нико и Чир – демоны, Мия невосприимчива к магии, а вот Руслан – обычный человек. Если уж Мара Ильсон пропала, хотя у неё была поддержка Совета Миров, то я зря согласилась на его участие в поисках.