Зов Авроры

Девушка распустила длинные чёрные гладкие волосы по плечам, прошептала несколько слов перед висевшим у двери амулетом и пригласила нас внутрь. Дом напоминал избушку охотников: сети по углам, какие-то странные палки, инструменты – всё это сочеталось со шкурами, цветными тканями, кучей баночек, наполненных травами и мелкими камнями.

– Вот, держите, – девушка сунула мне в руки две рубахи из плотной ткани с длинными рукавами, – мокрую одежду возле печки повесьте, высохнет быстро. В мокром долго здесь не протянете.

– Уютненький домик, – Лёня, не ожидая приглашения, уже осматривался.

– Тупа, – бросила Ларя, скидывая куртку на крючок у двери.

– Что?

– Тупа, так называется зимнее жилище саамов.

– Так ты саам?

– А где наш друг? – прервала я расспросы Лёни, накинув тёплую грубую ткань вместо влажной футболки.

Ларя указала на широкую занавеску, разделившую дом на две части рядом с небольшой железной печкой. Мы с Лёней рванули одновременно за самодельную ширму и увидели Башира, спящего на узкой кровати.

Бледного в тусклом свете лампы мужчину окружали развешанные на верёвках дощечки с нарисованными символами, на стене над головой висел шаманский бубен.

– Что с ним? – я с опаской бросила взгляд на Ларю.

– Он ослушался запрета Куйвы, – девушка поправила брошенные нами вещи и разожгла печь.

Я посмотрела на Леонида, ожидая от него пояснений.

– Я просто просматривал несколько туристических проспектов, – попытался оправдать своё всезнание друг. – Легендарный великан, обитавший в Лавозерской тундре.

Он грабил и разорял саамов, за что его и сожгли ударом молнии вышедшие из озера саамские боги. В том месте, где это произошло, остался след на скале – образ Куйве. Размер силуэта 74 метра. Правда в том, что это всего лишь природное явление – мох, выросший в трещинах скалы, плюс человеческое воображение.

– Тогда скажи ему об этом лично, – улыбка хозяйки дома чуть дёрнулась, плохо скрывая обиду, – если не боишься.

– Что я, скал не видел? Чего мне бояться?

– Почему он здесь, а не в больнице? – мне было не до перепалки расхорохорившегося друга.

– Духи запретили, – спокойно произнесла Ларя. – Он внук шамана, поэтому Куйве его не тронул. Ваш друг позвал духов своего рода, а те обратились к саамским духам, которые позвали меня.

– Почему он не приходит в себя? – я приложила ладонь к холодному, словно у мертвеца, лбу, пытаясь понять, есть ли температура, затем потянулась к запястью Башира, чтобы проверить пульс.