Люблю тебя, сестренка

Ловя свой собственный взгляд в зеркале, восхищалась своим отражением.

– Алла? – едва слышно произнесла моя сестра.

– Слушаю, – мне показалось, что она плачет.

Долгая пауза изнурительно давила.

– Папа… , – снова последовала напряженная пауза. – Папа умер.

– Чей папа? – не поняла, о ком шла речь. Но затем в голову ударило тяжелым молотком и раскроило мой череп пополам. – Мой папа?

Вот что значит – сердце в пятки ушло.

– Да, – всхлипнула Анна, а на заднем плане послышался отчаянный вой моей матери.

Я рванула в ванную, и меня стошнило.

Мы молчали в трубку, пока я не прервала тишину:

– Когда? Как? – я не верила в это. Сидела на полу около раковины и не верила собственным ушам.

– Се…Се…Сегодня, – и Анна разревелась. Она не могла остановиться. Я слышала ее бульканье, переходящее в заикание. Истерика звучала ужасно. Если бы я была рядом, то дала бы ей пощечину, чтобы она собралась.

– Вылетаю ближайшим рейсом, – даже не стала больше ничего слушать, а просто повесила трубку.

Глаза наполнились слезами. Мое каменное лицо скрывало разлом внутри. Кто бы сейчас и мне дал пощечину, чтобы унять скрытую истерику?

– С тобой все в порядке? – спросил Артем, внезапно появившийся на пороге ванной комнаты.

Нет, не в порядке. Я хотела запрыгнуть на него и расцарапать все лицо. Так сильно ненавидела его сейчас. И что он бродит за мной? Прилип как банный лист!

– Нет, – сдержанно ответила я. – Не в порядке. Мой отец умер. Пора возвращаться домой.

Восемь лет назад

– Девочки мои, поверить не могу, что вы уже такие большие!

– Пап, ну прекрати, – смущенно сказала Анна и обняла его.

Отец был очень сентиментальным. Всегда приходил на выступление дочерей, забирал из школы, водил в театр или кино. Он научил близняшек ездить верхом, рыбачить и показывать фокус с исчезновением монетки. Девочки до безумия любили его. Особенно Анна.

Иногда старшая сестра, родившаяся на три минуты раньше, ловила себя на мысли, что ее любовь к отцу сильнее, чем к матери.

Анна не поспевала за Аллой. Ей трудно давалась учеба в школе, особенно точные науки. Но она всегда мечтала стать врачом, как отец. Ей приходилось прилагать больше усилий, чем сестре. У той все словно по волшебству – и рисовать хорошо получалось, и с математикой дружила.