Золотой тотем

– А ты предлагаешь мне отправиться в казарму или свое поместье, чтобы вы трое могли слинять из-под моей опеки? Ни за что, – усмехнулся эльф, снимая шлем.

– Даже не надеялся на это, – усмехнулся в ответ МакАртур.

– Господа, если вы решили устроить здесь словесную баталию, то я попрошу вас покинуть комнату и продолжить ее где-нибудь в другом месте, – заявила Сарина, замирая между ними. – Я даже могу вам посоветовать одно, оно очень милое. Я заметила его, когда мы ехали сюда.

– Простите, госпожа Сарина, – Мангриэль отступил на шаг и поклонился девушке.

– Уговорили. Объявлю ему перемирие, – МакАртур сначала нахмурился, но потом махнул рукой.

– Вот и прекрасно, – Сарина кивнула и отошла к своим седельным сумкам, кем-то заботливо положенным на одну из кроватей.

Через минуту она вернулась к столу с небольшой холщовой сумкой, в которой угадывались очертания книги. Не говоря ни слова, девушка достала небольшую тетрадь в твердом переплете из черной кожи, на которой было видно тиснение в виде атакующего грифона.

Не обращая внимания на удивленные взгляды своих спутников, Сарина развернула на столе карту с пометками чернильным карандашом.

– Что это? – озвучил вопрос, который был написан на их лицах, Санкриэль.

– Это дневник моего отца, и карта… – девушка вздохнула, задумавшись на мгновение и проведя по грифону пальцем. – Это карта, на которой мой отец делал пометки, сверяясь с той, которую ему прислали в поместье. Я уверена, что мы сможем найти путь к Тотему благодаря этой рабочей карте.

Пусть чистовой вариант отец и взял с собой. Иначе будем блуждать по Кристалии вечно, даже если изучим дневник отца от первого слова до последнего.

– Не хотелось бы, – покачал головой Санкриэль, изучая пометки, коих на карте было множество.

– Я предлагаю определиться, куда мы поедем отсюда в первую очередь, чтобы не думать об этом в пути и не возвращаться, – пояснила Сарина. – Смотрите, мы находимся примерно тут, и здесь есть пометка, что «по сухой реке иди навстречу солнцу, пока не увидишь цветущий сад жизни, где не знающие смерти бабочки кружат в вечном танце любви».

Отец провел линию на восток, значит и нам следует ехать на восход.

– Бессмертные бабочки… – задумчиво пробормотал Мангриэль. – Что это значит?

– Здесь немного не так, – ответил ему Санкриэль. – Не знающие смерти бабочки.

– Я так и сказал. Не знающие смерти бабочки – значит, бессмертные, – огрызнулся эльф.

– Как ни назови, мы не понимаем, о чем это, – перебила их обоих Сарина.