Охотницы

Девушка вздохнула и произнесла:

– Я тоже хотела поговорить с вами, Борис Сергеевич! Дело в том, что так больше продолжаться не может. Вы – мой преподаватель, я – студентка. Какая-то двусмысленная ситуация получается. К тому же вы – без пяти минут женатый мужчина. И еще… я не люблю вас!

– Но как же тогда называется все то, что вы со мной делаете?

– Я поспорила с подругой на вас. Вы проиграли. И… оставьте меня в покое!

Виктория повернулась и вышла из аудитории. Ноги у Бориса подкосились, он сел на ближайший стул и еще долго сидел, тупо глядя куда-то перед собой.

– Надо с парнем что-то делать, – заметил Игорь. – Пропадает прямо у нас на глазах!

– А давай его на рыбалку возьмем, – предложил Никита. – Отвлечется, отдохнет!

Прямо из университета аспиранты отправились рыбачить на пруды. Не реагирующего ни на что Бориса они буквально под руки проводили к машине Никиты.

– Ничего, оклемается, – произнес Игорь. – Нужно только ему чем-нибудь заняться.

Он дал ему острый перочинный нож и сказал:

– Держи, Борис, срежешь несколько веток, мы на них закидушку поставим.

Парень безразлично взял нож и кивнул. Тем временем Никита и Игорь отправились вдоль пруда искать удобное место для рыбалки. Когда они вернулись, то увидели Бориса лежащим на земле в луже крови.

– Вот дерьмо! – выругался Никита. – Игорь, давай его быстро в машину! Только вены перетянуть надо, а то до больницы не довезем!

Парни засуетились. Они наложили жгуты на обе руки Бориса, занесли его в машину и помчались в город, забыв на берегу пруда удочки и другие принадлежности.

В больнице Бориса немедленно осмотрели врачи и сказали, что жить он будет.

– Ну, от сердца отлегло, – облегченно произнес Никита.

– Да уж, – кивнул бледный Игорь. – И на кой черт я ему ножик дал, когда он с головой не дружит?! А ведь предупреждал я его на счет…

Он посмотрел на Никиту и осекся. Он-то знал, что Виктория нравится его другу. И Игорь дал самому себе слово, что никогда и ни при каких обстоятельствах не позволит больше Никите общаться с этой девушкой.

Глава 3

Константин

Костя знал, что он не такой как все, с самого детства.