Охотницы

Неожиданно он поймал себя на том, что выискивает глазами Викторию…

Вот она пробежала к столику ректора, вот вернулась к артистам, вот взяла микрофон и подошла к старейшему профессору их университета, чтобы предоставить ему слово…

Спустя пару часов начались танцы. Красивые молодые девушки приглашали преподавателей танцевать. Некоторые тушевались и отказывались, но Никита и Игорь не терялись. Они общались то с одной, то с другой красоткой, и к вечеру карманы их пиджаков были забиты листочками с номерами телефонов девчонок.

Несколько раз приглашали и Бориса, но он, вспоминая про Нину, отказывался.

– Ну и дурак! – заметил Игорь. – Вот женишься, и всю жизнь при своей Нине будешь. Шаг влево, шаг вправо – расстрел! Так что пользуйся моментом, пока можешь. Тебя ведь просто потанцевать приглашают, а не на свидание.

– Может быть, у Бориса Сергеевича свои понятия о верности? – неожиданно раздался за спиной Бориса голос Виктории.

Молодой человек вздрогнул и обернулся. Раскрасневшаяся девушка стояла и улыбалась рядом с их столиком.

– Вот именно, – холодно произнес Борис.

– Жаль, – усмехнулась Виктория, – а я хотела вас пригласить. Что ж, придется выкручиваться из создавшейся ситуации. Никита, не можете ли вы со мной потанцевать?

От неожиданности аспирант подавился соком, который пил в данный момент. Он откашлялся, извинился и сказал:

– Конечно, Тори, всегда к вашим услугам!

Девушка рассмеялась, взяла Никиту за руку и вытащила на танцпол.

Борис следил за тем, как они танцуют, и ловил себя на мысли, что и сам бы не прочь оказаться там, рядом с Викторией. Девушка периодически бросала на Бориса странные взгляды, которые он никак не мог расценить. Музыка закончилась. Никита галантно поцеловал своей партнерше руку, и она ушла вновь вести праздник.

– Ах, какая женщина! – пропел подошедший Никита.

Он засунул руку в карман своего пиджака, достал оттуда записки с телефонами девушек и заметил:

– Всю кипу этих телефонных номеров я, не задумываясь, променял бы на один единственный номер – номер Виктории!

Борис почувствовал в своей душе укол ревности.

«Что это со мной? – не понял он. – С чего это я ревную?»

Дальше вечер продолжался своим чередом. Вскоре автобусы стали развозить по домам первую партию подвыпивших преподавателей. Ректор и его замы покинули праздник еще раньше «по-английски», не прощаясь. В банкетном зале из «управления» осталась только Виктория.