Аруна

– Так за чем же дело стало? Сделаем лохань выстругаем из какого-нибудь поваленного ствола, обработаем смолой. Согреем воду, вон у нас и печка скоро работать будет, и сможем помыться по чел… – я вовремя прикусила язык и поправилась: – как моются люди.

Райла не нашлась, что возразить, и на том спасибо.

На следующий день мать ушла со сборщицами кариллы и их охраной. Я осталась одна, но мне было, чем заняться и я принялась за трубу. Решила сделать её не ниже пяти метров, и широкой.

– Хэй! – услышала я голосок позади, когда вдавливала аккуратный камень в раствор, оглянулась.

– Аруна, а что это вы такое здесь сделали?

– Хэй! – ответила я, осторожно спускаясь вниз. – Это называется каменная печь. Внутрь будут класться дрова и поджигаться.

– Огонь окажется внутри? – было видно, насколько мои слова шокировали девочку.

– Именно. Этот огонь согреет камень и он отдаст нам своё тепло.

– Ааа, как горячие камни, что заносят в шатёр зимой? – догадался ребёнок.

– Всё правильно, – улыбнулась я ей. – Как тебя зовут?

– Не помнишь?

Я качнула головой.

– Кэри, – пискнула та, разглядывая созданную нами конструкцию.

– Кэри! – раздался громкий крик, девчушка вздрогнула и, резко сорвалась с места, успев сказать, – стэмур меня ищет, пойду, пока не досталось оплеух.

Задумчиво проводив девочку взглядом, подумала, что нравы у орков сильно мне не по душе. Стэмор это типа мачехи, видать родная мать Кэри либо наложница и ушла на сбор кариллы, либо была ею и погибла. Нужно будет уточнить у Райлы.

До самого вечера провозилась с трубой. Результат меня вполне удовлетворил, правда, пришлось пару раз сходить к обрыву за камнями, но любые усилия стоили того.

Мать вернулась поздно вечером, когда я уже места себе не находила от беспокойства.

– Почему так долго? – засуетилась я вокруг женщины, понимая, что уже успела к ней прикипеть душой, усадила её на циновку, наполнила чашу мясным бульоном с корешками, кстати, совершенно безвкусными, если бы не соль, я бы подумала, что жую крахмал. Наверное поэтому они не в ходу у орков.