Аруна

В стойбище вернулись глубоким вечером, мне требовалось много времени, чтобы поставить петли так, чтобы Ансгар в итоге остался полностью довольным.

– Завтра утром я покину вас, – сказал он, присаживаясь на циновку, расстеленную у жарко горящего костра, после чего развязал ремни, которыми крепился протез к его культе, и с негромким стоном облегчения откинул деревяшку в сторону.

Райла уже была дома, успела приготовить еду и, забрав у меня тушку прыгуна, взамен впихнула в руки миску с надоевшей кашей.

Пока мы ужинали, принялась разделывать хищного зайца, мурлыча себе под нос какую-то мелодию.

– А почему бы вам не остаться здесь, с нами? – спросила я, проглотив горячую пищу.

– Наше племя нуждается в моих поделках, за них можно выручить настоящие монеты, а не только обменять на мешки с зерном. Потеряв своею вторую ипостась, боги наградили меня возможностью слышать, – в таинственную личность Анса вплелись новые загадочные факты. Что за способность? Слышать? Кого? Или что?

Прочитав на моём лице вопрос, он усмехнулся, потёр переносицу и всё же пояснил:

– Я слышу, когда сейка готова поддаться моему топору, слышу дыхание нечисти и могу вовремя избежать встречи с ней.

Редко, когда, отнимая что-то важное, даётся иное. И не воспользоваться открывшимся даром я не мог. Я не так, чтобы важен для селения, они могут выжить и без меня. Но подспорьем быть лучше, чем калекой-нахлебником. Я говорил вчера с Визэром о вас. О тебе и твоей матери. Но законы едины для всех, если Райла так и не захочет стать наложницей кому-то, то и жить-выживать ей придётся самой.

Я посмотрела на мать, сидевшую к нам спиной, и заметила, как окаменели её хрупкие плечи.

– Мы не будем прогибаться под эти условия, – фыркнула я, отставляя чашу, – мы пойдём другим путём, дядюшка.

Тот ничего на это не сказал, лишь едва заметно изогнул кончики губ в тихой усмешке.

Солнце медленно тонуло, окрашивая горизонт в фиолетово-красные тона. Зажглись первые звёзды, зашипело в обережных сосудах, пыхнуло и полыхнуло.

Огонь защитный взвился высоко вверх и вернулся вниз, начиная свой причудливый танец.

– Пойду к Визэру, – вздохнул Ансгар, а Райла помогла ему встать и подала костыли. – Год натт! (доброй ночи).

– Год натт! – кивнула я и искренне добавила: – Таккь!

Мужчина понимающе кивнул и ушел.

Мать пошла его проводить, а я задумчиво отхлебнула медвяного горячего напитка с какими-то листиками, сладко-горьковатое послевкусие не раздражало. Мне понравился этот "чай".