Аруна

Эти парни были ещё молоды, если судить по их гладким лицам и облику в целом.

– Кто позволил тебе охотиться на крулов? Их не трогают до самых холодов. И ты не можешь не знать об этом, – молодой орк растянул губы в широкой ухмылке, продемонстрировав мне широкую щель между зубов.

А я, склонив голову к плечу, внимательно прислушивалась к его голосу. Это был тот самый гад, что плющил голову Аруны, то есть уже мою, в вонючую жижу. В груди тут же вспыхнул цветок ненависти, но я, сжав кулаки покрепче, как можно беспечнее пожала плечами:

– Таблички, запрещающей мне охотиться в этом месте нет, – пацан явно не ожидал от меня ответа, потому что его улыбка несколько померкла.

– Тебе, что, правда, память отшибло? Ха! – радости его не было границ, я тут же поняла, что именно с его подачи довели девчонку, хотя тут скорее всего само общество так относится к слабым и беззащитным. А он продукт воспитанный в этой самой среде. Мои губы сами собой сжались в тонкую линию, а глаза сощурились, парень недолго куражился, вспомнив о том, что ему нужно напугать меня посильнее.

 – Но, тем не менее, ты смеешь сомневаться в моих словах? – прорычал он мгновенно сменив веселье на недовольство, – тётка Вита сказала не трогать тебя, но здесь её нет, поэтому мы сейчас развлечёмся без свидетелей, и ты никому об этом не расскажешь. Не посмеешь. Поняла?

– Конечно, я всё поняла, – кивнула я и спокойно провернула нож в кисти. Заметив оружие в моих руках, парни быстро переглянулись.

– Удар по твоей голове видать окончательно лишил тебя последних мозгов, вонючка! – утробно рыкнул заводила, двое его друганов оскалились, таким образом поддерживая своего главаря.

 – Что ты мне сделаешь своей зубочисткой? А? – хохотнул он.

Какой эмоционально неуравновешенный тип, однако.

Я выросла в семье, где до меня никогда никому не было дело. А потом и вовсе была отправлена в детский дом, где выживать пришлось каждую секунду. За каждый кусочек хлеба стоять насмерть. Что мне эти избалованные увальни?

Молча шагнула ему навстречу, орк не ожидал ничего подобного, он думал, наверное, что я дам дёру.

А вот и нет.

Потрясённое удивление, мелькнувшее на его широкой харе, бальзамом пролилось на мою кипящую негодованием душу. Я сделала скупой замах и, чуть пригнувшись, проскользнула под его правую руку, оставив короткую поверхностную рану на мощном бицепсе ненавистного хулигана.

Ох и как же он взвыл! Мм! Но насладиться маленькой победой мне не дали его прихвостни.