Лорд и леди Шервуда. Том 3

Марианна, почувствовав слабость, прислонилась плечом к стене и посмотрела на Робина. Он, не присаживаясь за стол, неспешно пил вино, глядя в окно отрешенным взглядом.

– Ничего не понимаю! – сказала она. – Зачем вам понадобилось снова рисковать и пробираться в замок Гая, если вы уехали, оставив его в живых? Только не уверяй меня, что тебя действительно заботила его душа.

Робин перевел взгляд на Марианну и усмехнулся:

– Душа Гая меня уже давно не заботит. Она для меня ясна, как линии на моей ладони, – ответил он, поставив на стол опустевший кубок.

 – Священник был только предлогом, чтобы проникнуть в замок, куда я, кстати, сам не входил, не будучи уверенным в том, что молочный брат Гая и командир его ратников вновь окажется таким же снисходительным, каким он показал себя в Ноттингеме. Нам был нужен Хьюберт, который безвылазно сидел в замке, едва туда перевезли Гая.

При имени Хьюберта Марианна замерла.

– И что? – настороженно спросила она, не сводя глаз с Робина.

– И вот Хьюберт снова в Шервуде, стрелкам объявлен сбор, и сегодня мы наконец покончим с этой всем изрядно надоевшей историей, – бесстрастно ответил Робин и, оглядев себя, брезгливо поморщился.

 – Пожалуй, я последую примеру Вилла и схожу в купальню. Меня тоже воротит от герба Гая!

Когда он вернулся, Марианна все так же сидела на постели, привалившись плечом к стене, и о чем-то думала. Робин молча переоделся в чистую одежду.

– О чем ты хочешь говорить с Хьюбертом? – тихо спросила Марианна.

Руки Робина, расправлявшие ворот рубашки, замерли.

Он обернулся к Марианне, и по его губам пробежала невеселая улыбка.

– О чем мне с ним говорить? – он холодно пожал плечами. – О том, что его толкнуло на предательство? Меня это не интересует. Пусть посмотрит в глаза тем, кто считал его своим другом и кого он предавал при первой возможности.

– А потом? – помедлив, спросила Марианна.

Его глаза сузились в неумолимом прищуре, и Робин глухо ответил:

– Никакого «потом» для него не будет.

Встретившись с ней взглядом, Робин улыбнулся и, присев на кровать возле Марианны, осторожно провел ладонью по ее щеке.

– Я ненадолго, милая, – сказал он так, словно собирался в обычное патрулирование по Шервуду.

Марианна поймала его руку, удержав Робина, когда он хотел встать, и негромко, но твердо сказала:

– Я хочу поехать с вами.

Он не удивился ее словам, лишь внимательно посмотрел на Марианну.

Прошла неделя с той ночи, когда он привез ее из Ноттингема.