Лорд и леди Шервуда. Том 5

Бросив прощальные взгляды на могилу Вилла, они втроем пошли к лошадям. Дэнис оставил рыжего Эмбера в другой стороне, и Робину с Марианной пришлось подождать, пока он присоединится к ним.

****

Старый монастырь встретил их тишиной, которая становилась привычной. Сборы не заняли много времени. Марианна хотела сменить платье на мужскую одежду, но Робин остановил ее.

– Нет, милая, так тебя сразу узнают даже те, кто никогда не видел. Женщину в мужском наряде, с оружием в Средних землях знают только одну – тебя.

Подумав, Марианна остановилась на длинной широкой юбке, не сковывавшей движений, белой рубашке и замшевой куртке. Меч она все равно решила взять, но прикрепить его к седлу, а не к поясу. Пока Марианна переодевалась, Робин и Дэнис поровну поделили на три колчана оставшиеся стрелы, взяли к лукам запас тетивы, наполнили фляги вином и сложили в одну из сумок сыр, сухари и вяленую оленину.

Они втроем вышли в трапезную с сумками и наброшенными на плечи плащами, как вдруг снаружи послышался топот копыт. Робин безмолвным жестом остановил Дэниса и Марианну, одновременно указав им укрыться в тени, и, не спуская глаз с дверей, бесшумно вынул из ножен Элбион.

– Приготовился к встрече с друзьями?! – раздался знакомый бас, и могучая фигура Джона заслонила собой дневной свет, заполнив почти целиком дверной проем.

– Ты почему до сих пор еще не уехал?! – в сердцах воскликнул Робин, бросая меч обратно в ножны.

– Как же не уехал? – хмыкнул Джон, заходя в трапезную. – Я не просто уехал, а уже побывал там и вернулся обратно. Да не один. Алан, Мэт и Эдгар ждут снаружи, а Бранда я оставил во Фледстане за старшего.

– И что все это значит?! – рассердился Робин.

– Вот и я хотел тебя спросить о том же! Что все это значит, Робин?

Уперев кулаки в бока, Джон медленным взглядом обвел Марианну, Дэниса и в упор посмотрел на Робина:

– Даже Кэтрин знает от ратников Фледстана, что король помиловал всех, кроме тебя! А ты меня обманул. Стыдись, Робин! Я всегда считал себя твоим другом, таким же, каким был для тебя Вилл. Но, видно, я ошибался. Ему бы ты сказал правду, а от меня предпочел утаить.