Лорд и леди Шервуда. Том 1

Кроме шерифа, епископа и нареченных среди особо избранных гостей были также младшая сестра Брайана де Бэллона леди Беатрис, аббат из Ярроу, сэр Гилберт Невилл с дочерью, десяток знатных юношей и девиц – друзей жениха и подруг невесты. Два кресла оставались пустыми – Роджер Лончем и Гай Гисборн собирались принять участие в турнире.

Снова раздалось пение труб, возвестив выезд рыцарей на первый поединок. Турнир начался.

Марианна с увлечением следила за ходом состязаний. Ее глаза ярко блестели, голову кружили ржание боевых коней, треск столкнувшихся в ударе копий, звонкие голоса герольдов, оглашавших имена участников и результаты каждого поединка.

Гай и Роджер Лончем – оба без особых усилий – вышли победителями из своих поединков. Гай подъехал к оруженосцу заменить копье, а Лончем сначала направился к помосту и, подняв лошадь на дыбы, приветственно потряс копьем перед Марианной.

– Прояви вежливость, Марианна, – тихо шепнул дочери Невилл.

С выражением ледяного равнодушия Марианна неохотно подняла руку в знак ответного приветствия.

– Бросьте на копье вуаль или шарф, леди Марианна! – воскликнула леди Клод. – Кажется, сэр Роджер желает быть вашим рыцарем!

– Полагаю, это приветствие – всего лишь любезность, которой сэр Роджер отвечает не столько мне, сколько моему отцу, оказавшему гостеприимство ему и сэру Гаю по дороге в Ноттингем, – возразила Марианна. – Я не хочу навлечь на себя упреки в тщеславии, к тому же не имеющем никаких оснований.

Но знаки внимания Лончема повторялись вновь и вновь после каждого поединка, из которого Лончем еще ни разу не вышел побежденным. Марианна, втайне недовольная этим навязчивым вниманием, заметила, что епископ Гесберт тоже нахмурился, когда Лончем в очередной раз преклонил копье перед Марианной.

– Вы пришлись по душе моему кузену, – сказал епископ так, чтобы его слова могла расслышать только Марианна.

– Как будто вам это не слишком по нраву, милорд, – так же тихо ответила Марианна.

– Совсем не по нраву! – сурово отрезал епископ. – Пусть других обманывает ваша внешность, но я-то знаю, что за ней кроется. О вашем увлечении медициной и травами я наслышан еще от матери-настоятельницы монастыря, в котором вы воспитывались. Она тоже считает, что от вашей искушенности во врачевании попахивает магией. Вы не простолюдинка, чтобы славиться лекарским искусством на все графство.