Счастье из другого мира

Дозволяю использовать артефакты поиска. Госпожа Валерия, вы обязаны открыть им все двери, на вас завязаны, как на хозяйку, все ручки-артефакты.

Я же следила за Кассием, тот был необычайно бесстрастен и уверен в себе: он сидел, развалившись на диване, и с полуулыбкой разглядывал свои ухоженные ногти.

Стражи ничего не найдут, мелькнула паническая мысль. Эти двое не так просты, как хотели казаться.

Ждали мы их чуть меньше получаса, мужчины вернулись задумчивые и даже несколько расстроенные. Валерия была бледна, но в целом выглядела спокойной.

– Капитан Брок, ни в одном из помещений, даже на чердаке, не найдено следов альбеделлы. И в бутылках, что остались в комнате эл Патрика Мэнэса, также её не обнаружено.

Моё сердце ухнуло. Как же так?

Тишина и победные выражения лиц мачехи и её дражайшего сыночка заставили меня поморщиться от досады.

– Остаётся артефакт правды, – пожал плечами Брок, и только вот тут-то Кассий вздрогнул, а Валерия натуральным образом чуть не хлопнулась в обморок – эл Томас успел подхватить ослабевшую женщину и осторожно усадил её на диван.

– Не имеете права, для этого необходимо постановление суда! – голос Кассия дал петуха, глаза «брата» забегали, как две тёмные мышки, в поисках заветной норки.

– Свидетельства доктора эл Томаса вполне достаточно для его получения. Поэтому собирайтесь, вы все отправляетесь в отделение центрального Магпола.

Я спокойно поднялась со своего стула и сказала:

– Ведите, сэр Брок, мне нечего скрывать, у меня только одна цель – хочу знать всю правду, какой бы она не была, – краем глаза я заметила, как позеленела от злости Валерия, и вдруг отчего-то стало легко на душе, сегодня я точно всё узнаю!

Глава 11

– Ты ещё об это пожалеешь! – прошипела мачеха, сверля меня потемневшими от ненависти и гнева глазами.

– Да, непременно, госпожа Валерия, – капитан Брок был сама учтивость и холодность, стальные нервы у мужика, я вот, например, и правда несколько испугалась, кто его знает, на что способна эта гадюка? Ведь рука-то не дрогнула топить собственного мужа, смотреть на то, как ему с каждым днём становится всё хуже.