Счастье из другого мира

Бесконечное столпотворение в поликлинике, раздражённые старушки, занимающие заветную очередь чуть ли не за несколько часов до начала приёма…

За свои почти шесть десятков лет никогда не жаловалась на проблемы со здоровьем. Даже не помню, когда в последний раз болела простудой. Работа ведущим мастером на заводе, хоть и нелёгкая, но всегда была в радость и, кажется, закалила не только мой характер – любые болячки, будь то обычный насморк или гнойная ангина, просто обходили стороной.

– Сильная женщина, ничего не скажешь, – не удержалась я, хмыкнув вслух.

Тем временем ноющее покалывание усиливалось.

– Да что же это такое, – поставив чайник на плиту, потёрла руку. – И душновато как-то стало, – приоткрыла окно и в помещение тут же влетела ночная прохлада, смешанная с запахами ранней весны. Пара глубоких вздохов, и боль чуть отступила.

– Кажется, я становлюсь чересчур мнительной, – пробормотала под нос, засыпая чайную ложку растворимого кофе в глубокий стакан, – вот выйду на пенсию, тогда и буду проводить всё свое время в больницах при любом чихе, а сейчас некогда болеть.

От яркого кофейного аромата приятно защекотало в носу.

Взглянув на приглушённо горящий фонарь за окном, сделала маленький глоток крепкого терпкого напитка, и зажмурилась от удовольствия.

В этот момент то самое покалывание, о котором я предпочла благополучно «забыть», вдруг молнией пронеслось от центра груди по всему телу, заставляя меня резко согнуться пополам…

Повезло уронить стакан с кофе в раковину.

Пока мозг судорожно пытался понять, что происходит, сердце судорожно колотилось, словно стремясь прорвать грудную клетку насквозь.

По телу побежал липкий холодный пот, грудину сдавливало раскалёнными тисками, а меня всё сильнее накрывала паника.

Дышать становилось всё сложнее, сознание плыло…

«Неужели я умру?», – панически пронеслось в голове. Страх смерти накрыл с невероятной силой, и без того страдающее сердце ёкнуло особенно сильно. Новая волна жгучей боли накрыла так, что я попросту провалилась в никуда.

***

Я до смерти боюсь темноты.