Ведьмы Тихого Ручья. Колдовской сезон

В том, как Эмилль присел на корточки рядом со мной, уцепившись за выступ двумя пальцами, и в том, как ветер трепал пряди его волос, было что-то хищное.

– Ходят слухи, Ти. О вас обоих.

– Я не придаю значения слухам.

– Говорят, ты спас ее от моряка.

Церковный колокол начал звонить. Громкость была зашкаливающая. Эмилль поморщился и закрыл уши руками. Мой взгляд по-прежнему был прикован к дому Рейнольдсов. Когда колокола стихли, я провел рукой по волосам.

– Сплетнику этого маленького города не помешало бы заткнуться.

Передай ему это, когда он свяжется с тобой в следующий раз.

Голова Эмилля повернулась влево. Прищурившись, он смотрел на тускло освещенную улицу, сканируя каждый миллиметр, его брови были плотно сдвинуты. Настороженность Эмилля заставила каждый нерв в моем теле напрячься.

– Я ничего не чувствую, – сказал я тихо, едва слышно, чтобы посторонние не могли расслышать ни звука. – В чем дело?

Эмилль все еще смотрел вдаль. Несколько секунд он оставался неподвижным, пока внезапно не опустил плечи и напряжение не покинуло его конечности.

– Порядок. Я думал, там кто-то есть.

Небрежным жестом Эмилль вытянул одну ногу. Его пальцы играли с застежкой-молнией пиджака, когда он наклонил голову в мою сторону под небольшим углом.

– Камрин видела вас.

Я фыркнул.

– Этой кошке нужно найти себе хобби.

– Прекрати, Ти. Она сказала мне, что ты был первым, кому она рассказала о том, что происходит на Кривом проспекте. И, по ее словам, ты бежал быстрее, чем изголодавшаяся собака, которой перед мордой покрутили костью.

 – Эмилль нахмурился. Кончиком зубочистки он ткнул в ткань кожаных брюк своего комбинезона. – В течение нескольких недель ты был раздражительным. Это началось после того, как нам стало известно, что она собирается приехать в Тихий Ручей. – Он посмотрел на меня в упор. – Что происходит между тобой и девчонкой Иверсен?

Когда я открыл рот, чтобы сказать, что мне наплевать на нее, леденящий кровь крик разрезал прохладный вечерний воздух.

Эмилль

Мои пальцы обхватили край выступа. Через мгновение тело повисло в воздухе. Пятнадцать метров свободного падения между мной и асфальтом. Носок ботинка заскрипел о шпиль. Я искал какой-нибудь выпирающий кирпич.

Тираэль передвигался с помощью рук и был уже намного ниже меня; в быстром темпе он спускался по башне. Движения Тираэля были ловкими, а каждый захват точным и уверенным.