Семь грехов

Некоторые из нас погибли, и никто даже не поинтересовался, что стало причиной смерти. Наверху им быстро нашли замену. Обратиться за помощью мы не можем – сами знаете, на чьей стороне закон. Но два дня назад они перешли черту. Наши женщины терпели их надругательства в обмен на покой и неприкосновенность других жителей поселения. Но и этого им было мало… Они добрались и до «гешисдезшад», что значит «дарованные единственному».

– Не знала, что городские горгоны продолжают следовать племенным обычаям, – удивилась Фурия.

– Следуют, тамеаш, – молвил старик.

– Не понимаю… – насупила брови демонесса.

– Это сложно понять представителям других грехов. Горгона связывает себя клятвой с мужчиной с благословения шамана. Происходит обряд при свидетельстве духов умерших старейшин. Их связь отныне неразрывна. Это делалось отчасти и для отведения злых помыслов, что обитают в греховной сущности горгон. Ритуал Зуасшай помогал сохранять мир в их сердцах, полных губительной зависти. Благодаря этому в отношениях поселенцев не оставалось скрытой ненависти к ближним.

Все имели блага в равной степени и одного партнера до конца своих дней. Каждый, кто давал клятву, уже не мог порвать связь с избранником.

– Хорошо, я поняла, – сказала Неамара. – Командующий стражей посягнул на честь женщины, давшей клятву.

– Так и есть. Мужчина, что был связан с «гешисдезшад», не смог сдержать свою обиду. Змеи искусали осквернителя священных устоев. Он умер бы от отравления, но его спас эльфийский целитель.

Я не могу осудить своего соплеменника за действия против стражи, я понимаю его чувства. Но нам очень повезло, что все обошлось без несчастных случаев, иначе… – старейшина многозначительно покачал головой.

– Вы правы. Если бы я знала раньше, что за самоуправство развели мои подчиненные, такого бы не случилось. Но за всеми невозможно уследить.

– Теперь вы знаете. Горгоны больше не могут терпеть этих унижений. Я тут бессилен. В их сердцах посеяна смута. Мой народ в отчаянии.

– Этого больше не повторится, – пообещала баронесса.

– Благодарю вас. Не многие бы встали на сторону слабых. На сторону чужаков.

– Шахзмас, среди вас не живет женщина по имени Зиртуаш? – послышался позади голос Фурии.

Мудрец задумался:

– Не припоминаю такого имени.

– У нее глаза разного цвета – желтый и серый, – описала горгона.

– Нет. – Старейшина на мгновение помедлил, а потом уверенно ответил: – Точно нет.

Неамара выбралась из лачуги старейшины.