Семь грехов

Минотавр подошел к темному магу, заметив его растерянное выражение лица:

– Ты чего, Америус? Еще немного, и тебя можно будет спутать с чертом: гляди, как покраснел! Жарко стало? – Кимар обернулся на кокетливо хохочущих чертовок. – Неужто эти бестии смутили тебя?

Деос, не сбавляя темпа, развернулся и взглянул на покрасневшего некроманта:

– Кстати, это мои девочки. В свое время я их многому научил, когда они еще были несильны в своем ремесле. Так что смело можешь брать, рекомендую.

– Нет уж, воздержусь, – нервно буркнул Америус, убирая за ухо упавшую на лицо прядь волос.

– Воздержание вредно, друг мой. Ты не живешь, а существуешь в постоянных запретах. Ради чего все это? – спорил информатор.

– Ради уважения к себе. Тебе не понять.

– Мужчины, соберитесь. Я понимаю, что в такой обстановке это сложно сделать, но нам бы не следовало забывать о главной задаче, – напомнила Неамара, идя впереди них и не оглядываясь. О своем высоком статусе она не забывала и сейчас, когда, казалось бы, можно было позволить себе расслабиться и оставить на время все почетные титулы.

– Командир, я этого давно и с лихвой насмотрелся, – произнес алый бык, и тут его внимание привлекла статуэтка, которой размахивал вдалеке крикливый торговец. – А вот это находка! Миниатюрная копия знаменитого молота Гамеда.

– Итевис, дай мне сил! – пробормотала демонесса.

Вскоре рыночная толпа разошлась по торговым лоткам, ослабив давление на попавших в эту воронку грехов. Демонесса и ее трое компаньонов углублялись все дальше в рыночные излишества. Ткани, посуда, травы, духи, мелкие животные: все это соседствовало бок о бок, как и фрезисские банды, которые так различались между собой методами ведения дел, способами заработка и взглядами на будущее общей родины. Неудивительно, что многие задерживались в торговом квартале на целый день.

Запахло разнообразной едой: чем-то пряным, сдобной выпечкой, а еще чем-то мерзким, что вполне ожидаемо в этих скверных местах.

– Пссс! Эй! Наемник, взгляни сюда, – подозрительного вида черт настойчиво подзывал Кимара. Он распахнул удлиненную куртку, во внутренних карманах которой располагались флаконы с какими-то порошками. – Чистый териадокс, без разбавления дешевым аналогом, – хвалил торговец. – А вот это – эссенция шэкуины. Эффект, поверь, не хуже.