Академия Последнего Шанса – 2. Круто ты попал!

– Ой, а это тебе зачем? – Джулиан смотрел на виконта в абсолютной растерянности. – Ты для чего лицо раскрасил?

– Настоящий некромант признаёт только два цвета, – с пафосом произнёс слегка пришедший в себя отпрыск герцога Шелдона, – но чёрный цвет – он просто самый главный. Ни один уважающий себя некромант никогда не наденет ничего другого цвета!

Все присутствующие переведи взгляды на Тео, который не знал, смеяться ему или хвататься за голову.

– А как же ректор Холверт? – осторожно уточнил Джулиан у юного дарования.

– Ректор Теодор Франциск Холверт! – в экстазе проговорил виконт и восторженно закатил подведённые глаза. – Величайший некромант современности, победитель армий призраков, основатель уникальной академии! Разумеется, я слышал о нём, более того, я перечитал все заметки в газетах про него. Жаль только, что я опоздал на процедуру открытия и не смог засвидетельствовать этому великому человеку своё восхищение.

– Ну, тебе ничто не мешает сделать это сейчас, – с трудом спрятав ехидную ухмылку, сказал Кармайкл, стараясь не смотреть на ошарашенного Теодора.

– А вы что, можете его позвать?! – тут же подскочил в своём кресле юный Бенджамин. – Я ведь, можно сказать, ради возможности учиться у него и согласился на эту академию. Тем более что отец только и ждал… ладно, это не относится к делу… Так когда я смогу увидеть лорда Холверта?!

– Ты его уже видишь, – с явным удовольствием от неожиданного спектакля сказал Хасид, а Харви на всякий случай перебрался в затенённый угол, где его необычная природа меньше всего бросалась в глаза.

– Где?! – чуть не подпрыгнул виконт, шаря взглядом по в общем-то небольшому кабинету. Он внимательно посмотрел на всех присутствующих, и на его миловидном лице появилось выражение совершенно детской обиды, быстро сменившееся холодно-высокомерной гримасой.

– Я лорд Холверт, – негромко сказал Теодор, спокойно глядя на виконта, – ректор Теодор Франциск Холверт.

Бенджамин молча окинул взглядом вставшего из кресла высокого молодого человека, в котором чувствовалась некая пока ещё не бьющая в глаза властность. Но он никак, по представлению виконта Шелдона, не мог быть его кумиром.