Небо цвета лазурита

После чего все животные и птицы, пленные в неволе, оказались свободны. Экран потух, пошли титры.

Марианна следила за фильмом, будто была в нем. Когда все закончилось, она повернулась к синеглазому другу. Он вытирал слезы счастья и улыбался. На его лице было неописуемое отражение восторга. Обернувшись по сторонам, она заметила, что они опять стояли на безлесой равнине, а его черные волосы развевались на ветру. Он повернулся к ней со словами.

– Это была история о павлине из прошлого. Но он и сейчас живет в мире.

Когда ты узнаешь его, то обретешь бесконечное счастье.

– Но кто он? Как его зовут? Где он живет. Я знаю его?

– Ты должна сама выяснить это. Обещай мне, что сделаешь это.

– Хорошо, – ответила она и взяв руку девушки, он по-дружески сжал ее. Сон растаял, а Марианна проснулась со слезами счастья на глазах.

Фатальная переписка

Красавица Клариэль бежала вверх по ступенькам сжимая в руках письмо. Ее полная грудь немного подпрыгивала при каждом шаге, длинные рыжие волосы скользили по плечам.

Сердце трепетало радостным предчувствием. Уже представляла, как выведает у Мариэ все ее тайны о загадочном ухажере, передавшим письмо кухарке пол часа назад. Самого ухажера она не видела, но уже придумала шутку, над которой довольно хихикала минут пять. Разглядывая письмо, запечатанное сургучом, она сожалела лишь о том, что не умеет незаметно вскрывать такие печати. Опустив глаза к письму, чуть не врезалась в бесшумного Селдриона спускавшегося по лестнице.

– Что случилось? – от его резкого оклика она вздрогнула и спрятала письмо за спину.

– Ничего, Владыка, – Клариэль, как всегда, краснела при нем и его это порядком раздражало.

– Что у тебя в руке? Что ты там прячешь?

– Ничего, у меня ничего нет, – Клариэль спустилась на пару ступенек ниже. Ее сердце выпрыгивало из груди, она плохо владела собой, как было всегда при виде его бледного лица.

– Нехорошо мне врать, Клариэль, – он быстро вырвал письмо из рук. – Так… и что это? – он потряс конвертом в воздухе.

– Не могу знать…

– Опять вранье! – он нависал над ней, и служанка чувствовала это всем телом. Возбуждение резануло низ живота. Она теряла контроль над собой каждый раз, когда он кричал на нее. Тогда как у Марианны подобное отношение вызывало негодование, Клариэль таяла как липкое мороженное на солнце. Странным образом ей хотелось, чтобы их разговор длился как можно дольше, и ругался он сильнее и сильнее.