Небо цвета лазурита

Стало понятно, что об приглашении на ужин, да самом существовании оного, девушка слышала впервые. Почему никто не передал ей? Кошки скреблись на душе, и Марианна не знала, как подобрать слова для оправдания. Наконец, была выявлена виновница произошедшего. Новенькая, несшая послание Владыки, была перехвачена по пути каким-то солдафоном. Долго вырывалась из его объятий, потом слушала признания в вечной любви и предложение руки и сердца, а по освобождении так разнервничалась, что полностью забыла о поручении. Владыка был в ярости, поэтому все попритихли.

– Ну ты даешь! Как можно было… – слышался ропот из разных углов. Бедняжка выглядела как испуганная мышь.

– Да она небось сначала Владыку испугалась, а потом её ещё и этот дурак поймал, – оправдывала новенькую посудомойка.

– Да, верно говоришь. Я только один раз его вблизи видела, и то чуть в обморок не упала, – со смешком поддакивала ей вторая.

– И как вы двое постоянно ему прислуживаете? Тяжко наверное…– Вздохнула повариха.

– Ну… я уже немного привыкла к нему. Он, конечно, очень строг, оплошностей не терпит. Если чуть замешкаешься… Бывает в ярость приходит от любого движения, если не в духе. – Отвечала с горящими глазами Амаиэль. Её распирало от желания посплетничать.

– Да что ты их жалеешь, – из угла крикнула горничная, перебив её, – вот Клариэль тает при нем как масло у огня. – И кухня заполнилась заливистым женским смехом.

– Да, да. Я видела, как она постоянно краснеет и все жмется к нему, как будто ближе хочет подойти! – она хлопнула себя по бедру.

– Точно! А еще по вечерам вырывает у меня тележку, чтобы ему везти ужинать, – поддакивала Амаиэль.

– Надеется, что он после ужина остаться предложит!

– Точно, точно, нарядится вся, видать хочет дополнительное блюдо ему предложить!

– Какое блюдо – целый поднос! – Кухарка живописно стукнула себя по заду.

Порывистая волна смеха накрыла душную кухню и посудомойки с красными лицами уже чуть ли не лежали на полу, хватаясь за спинки стульев.

– Ну вы даете! Хватит уже сплетничать! Еще не хватало, чтобы Клариэль услышала. Вот позор будет. – Строгая домоправительница пыталась утихомирить женщин.

– Да какой там, не услышит она. Перед солдатами поди хорохорится на заднем дворе! – Очередной взрыв смеха подавил гул воды из кранов.

– А что, они там что ли?

– Да тут они, возле задней двери в закоулке собираются. Вино пьют.