Первая жена

Мне о вас рассказала ещё в Москве одна её знакомая, может вы слышали, Рита, у неё небольшой SPA-салон… Она сказала мне, что вы были близким другом Витковской… У нее был ваш телефон.

– Знаю. Она мне звонила с Москвы. Говорила за вас.

Олег покосился в сторону нависшего слева полного официанта и отрывисто заказал яблочный фреш. Перевёл взгляд на загорелого Адама.

– Жарко тут у вас.

– В Риме в мае обычно уже жарко, – согласился Адам, – а это расследование ваше… это ваша собственная инициатива?

Олег чуть помедлил.

– Считайте, что собственная. Этот её бывший – человек весьма влиятельный и известный. О разводе их много писали… Витковской было всего 39. И с сердцем, насколько мне известно, у неё никаких проблем не было. С чего бы ей вдруг умирать? И, вообще, там есть ряд странностей.

Адам прищурился.

– А… Компромат, что ли на Лисовича ищете?.. Ну, так ладно. Если могу помочь, хорошо.

Снетков двинул по столу диктофон.

– У меня всего несколько вопросов. Таких… вполне обычных для такого случая.

Александра ведь к вам относилась с доверием, да? Хорошо… Она не поддерживала после развода отношений с бывшим мужем? Ну, может, какие-то у нее оставались претензии…Какие-нибудь контакты можете вспомнить?

Адам, немного подумав, сказал:

– Претензий не было, точно. Ну, а насчет контактов – были от него два или три письма по электронной. Я знаю. По делу. И еще… Вот, может, вам интересно будет. Я Рите-то говорил. За два или три дня до…до того как…как ее нашли, к ней приезжал человек от мужа.

Мы с ней должны были встретиться, а она сказала, что не может. Сказала, что вот, мол, приехал из Москвы. Вроде, один из тех, что приезжали их разводить.

– Адвокат что ли?

– Ну, вроде. Зачем на этот раз, не знаю. Мы с ней не успели. Через день я уехал снимать свадьбу в Пьяченце, и туда мне позвонили Евгения… И сказала…

– Кто это – Евгения?

– Знакомая Али. У нее дом в Остии.

Адам замолчал. Прищурясь, рассматривал свой пустой бокал. Олег кашлянул.

– Адам, вы говорили, у вас тут фотосалон.

Вы фотографировали Сашу Витковскую?

По загорелой физиономии собеседника скользнула тень: что-то щемящее мелькнуло в глазах. До этого был весьма спокоен – со дня смерти его подруги прошло три недели. Медленно сказал:

– Да. У меня салон на Трастевере. Она любила, когда я ее снимал. Вообще, к фотографиям своим относилась ревностно. Но на моих выходила хорошо.

– Можете мне подарить парочку? Я заплачу.

Адам взглянул внимательно.

– Да ладно.