Пруссия – наша

Мы неожиданно уютно посидели на барных стульях рядом с холодильником. Напоследок девушка сказала, что по нам сразу видно, что мы не местные, потому что мы «более открытые».

Встреча со Степаном неминуемо приближалась, но на огромный продуктовый рынок мы все же заскочили. Поглазели на рыбу и санкционные сыры, оценили масштабы и ничего не купили в надежде зайти сюда позже. Там же я нашла аптеку, где купила ацикловир для своих обветренных губ. А Хелюля сходил в туалет, пока я была уже в табачной лавке. Не в этом суть!

Мы снова бежали к Степану.

По пути встретили старого трубача. Хелюля отгадал мелодию из мультфильма «Аленький цветочек» и поймал респект от исполнителя.

На Площадь Победы Степан пришел ровно в 13:00. Мы издалека уже почувствовали, что это он. Наш Степан. Хелюля не уставал шутить про то, что выбрал нам самого симпатичного экскурсовода. Степан и правда оказался очаровательным! Ему было около 30 лет, светлые волосы под черной шапкой, подтянутое тело под черной курткой, длинные стройные ноги под голубыми джинсами, черные беговые кроссовки, черные кожаные перчатки, рюкзак для ноутбука, голубые глаза… Я представила, будто бы случилась еще одна сюжетная линия со Степаном.

Смог бы из-под моего пера выйти хороший эротический рассказ?

Это была вторая в моей жизни индивидуальная экскурсия. Первую организовал тоже Хелюля. Четыре года назад в Египте мы ездили в монастырь Святой Екатерины на микроавтобусе с Магомедом, который даже экскурсии не умел водить. Просто показывал места, болтал всякую фигню на ломаном русском и подкатывал ко мне.

Но Степан не такой.

На Площади Победы он рассказал нам историю загадочного исчезновения памятника Сталину. Есть версия, что его ночью увезли и сразу переплавили в детали для трамваев, чтобы никто не нашел. Так и ездит он теперь по городу.

Потом мы смотрели на здания. Степан рассказывал нам про сохранившиеся немецкие островки Калининграда. Мы узнали, что такое клинкерный кирпич и как он делается, почему верхние этажи узкие, а нижние высокие.

Кровля зданий закруглена, чтобы вода с нее летела подальше от стен. А еще немецкая система стоков до сих пор работает в городе. Трубы с крыш уходят прямо под землю, толщина уличной канализационной решетки – 10 сантиметров. Мне всегда нравились немцы!

По Проспекту Мира мы дошли до скульптуры «Борющиеся зубры» во дворе Технического университета. Степан рассказал смешную историю: каждый год на Пасху кто-то красит быкам их большие яйца красной краской.