Сказание Джеуджиро

– Скульптура из живого камня?! И ты перевозишь ее на этой развалившейся железной телеге?!

Му Со Ил стремительно подошел к кузову, лежавшему отдельно от кабины, и скинул брезентовую ткань. Он прикоснулся к каменной скульптуре, которой на самом деле был смиренно лежавший на правом боку Фа Но Эль, поджавший под себя свои каменные колени. Почувствовав тепло, верховный страж был крайне удивлен.

– Неужели ты не боишься разбойников?! – воскликнул он. – Ведь они могли остановить твой грузовик и похитить столь ценный груз! Это же не просто скульптура, это огромный кусок живой руды, который у тебя могли украсть.

– К моему счастью, наша доблестная стража настигла меня раньше, чем разбойники, с вами мне бояться нечего. И я специально выбрал неприметный и обветшалый транспорт, чтобы не привлекать внимания недругов.

– А как же ты водрузил его на грузовик?

– Мне пришлось нанять нескольких слуг. Они поднимали скульптуру, покрытую тканью, и не видели, насколько ценным является груз.

Гроза утихла, и дождь прекратился. Стражи уже не беспокоились о том, что промокнут, и не торопились покидать место, где развалился грузовик.

– Интересно, – задумался Му Со Ил, – а почему скульптура изображена в такой позе? Этот громодор будто что-то скрывает или чего-то боится.

– Боится, – иронично перебил Ху Ра Ил, – безудержного и неистового возмездия знати.

– Неужели?! – рассуждал Му Со Ил – Отрешенный от знати и почестей Ху Ра Ил изображает страх величия того, что искренне презирает и чего сторонится.

Мне кажется, или в воздухе и вправду витает ложь?

Он подошел так близко, что Ху Ра Ил смог увидеть в его глазах долю искреннего сочувствия и понимания.

– Я вижу его, – Му Со Ил говорил так тихо, что слышал его лишь Ху Ра Ил. – Он спрятался за кабиной, бледноликий, трепещущий от страха беглый рудокоп.

Ху Ра Ил пребывал в замешательстве, но продолжал попытки сохранять спокойствие.

– А теперь я вижу твой страх, – шептал ему Му Со Ил.

 – Ты боишься не за себя, а за свое семейство. Я не мог поверить, что ты можешь пойти на сокрытие беглецов, когда вторгся в твои владения. Прости, но теперь ты понимаешь, что я чувствовал, когда Су Ка Ил пришел ко мне просить о досмотре твоего поместья и намеками угрожал мне негласной расправой с моим семейством. Ох, как бы я его растерзал тогда, если бы был одинок. Даже мы, знать, подобны многим, и мы способны сострадать.