Там. Часть III

Никто из зрителей не хотел покидать зал.

Лидер коллектива повернулся к своим музыкантам, словно нуждался в совете, и, спрашивал коллег, как ему поступить? Затем он устало снял гитару с плеча.

– Дорогие друзья! Сограждане! Уважаемые зрители! – приблизив микрофон ко рту, обратился солист. – Огромное спасибо за такой тёплый и радушный приём! Но, к сожалению, мы вынуждены завершить концерт. Нам пора в аэропорт, на самолёт. Обещаем, что мы встретимся вновь! До свидания, Казань!

Похлопав вместе с публикой, музыканты убежали в гримёрную.

Им на смену повыскакивал технический персонал, который стал колдовать над аппаратурой. Одновременно включился обычный свет электрических ламп. От дымовой установки сценических эффектов поднимались остаточные клубы синевато-белого пара. Удовлетворённые зрители потянулись к выходу. То тут, то там раздавался весёлый смех. Кайрат и Лиля, смешавшись с толпой, выплыли на улицу.

– Стебелёк, поймаем такси? – спросил Кайрат.

– Наверное, лучше дойти до остановки, – предложила Лиля, уцепившись за локоть Кайрата,– если не поймаем такси, поедем домой на автобусе?

– Мне совсем не хочется ехать домой, – признался Кайрат.

– Мне тоже.

– Погуляем немного?

– Согласна.

Они пошли по одной из центральных и оживлённых улиц города.

– До дна, я пью свою боль до дна, – не попадая в ноты и без разбора растягивая слова, запел Кайрат, повернувшись лицом к улыбающейся Лиле, – мне очень понравилась эта песня.

Он принял шутливо-важное напускное выражение.

– Правда, у меня прекрасный, драматический тенор, который хочется слушать снова и снова? Тенор, как у солиста «Рок – острова?» Я тоже могу собирать полные залы. Но вначале, буду петь для тебя, Стебелёк, весь вечер!

– Лучше не надо, – лучезарно рассмеялась Лиля, – музыкальный слух тебя капельку подводит.

– Просто я выбрал неудачную песню. Послушай следующую, Стебелёк! – Кайрат набрал воздуха в грудь. – Ничего не говори, это рвёт огонь в груди.

Кайрат приставил к области пупка руки, словно на самом деле несуществующий огонь пытался вырваться из чрева парня.

Смеясь, Лиля опрокинула голову и хохотала от души…

– Ты перепутал слова, – сквозь грудной смех, исправила она, – правильные строчки «…жжёт огонь в груди». И ещё непонятно, где у тебя находится сердце?!

– Не важно! Но теперь уже соловьём звучит мой тенор? – донимал Кайрат.

– Да. Соловей, ты мой! Соловушка! – похвалила Лиля, кинув нежный взгляд.