Соло на айфоне

***

Ходил купаться. На берегу Караидели сидит мужик, поёт песню:

– Умом Россию не понять,

Надо благодарно принимать.

***

– Мустафа Сафич, каково это – быть знаменитым? – спрашиваю Мустая Карима.

– Понимаешь, Айдар, – отвечает он, – не успеешь выбить человеку квартиру, он за орденом приходит. И ещё обижается, что все так медленно движется.

***

Тележурналист Шаура Гильманова училась в Казани. Пошла подрабатывать на Татарское радио.

– Делай передачу.

Она сделала. Букштейн ей и говорит:

– А почему она на русском языке? Делай на татарском. Делать на русском у меня есть евреи.

***

– Айдар, я огорчена, ты начал пить, – сказала мне мама.

– Почему ты так думаешь? – удивился я. – Я увидела у тебя бутылку коньяка и бутылку водки, – сказала мама.

– Я тебе расскажу, откуда они взялись, – сказал я.

В прошлом году я написал статью про известного тележурналиста Шауру Гильманова. И вот я прихожу на телевидение. Мне навстречу идёт Шаура Гильманова и говорит:

– Айдар, как я рада вас видеть, зайдите ко мне. Я захожу в ее кабинет, она говорит:

– Никто никогда так хорошо обо не писал, вот вам в подарок бутылка коньяка.

Я стал отнекиваться, но она стояла на своём. Пришлось взять.

На следующий день я опять попал на телевидение.

– Айдар, как я рада Вас видеть, зайдите ко мне. Я удивился, но зашёл. Она сказала:

– Айдар, никто и никогда не писал обо мне так хорошо! Вот вам в подарок – бутылка водки!

Я опять стал отнекиваться, но она стояла на своём.

На третий день я опять зачем – то пришёл на телевидение. Снова мне навстречу попалась Шаура Гильманова. Однако на этот раз она прошла мимо, даже не поздоровалась.

Мама после моего рассказа вздохнула с облегчением и успокоилась.

Прошёл год.

– Айдар, я огорчена, ты начал пить! – опять сказала мне мама.

– Почему ты так думаешь? – удивился я.

– Я увидела у тебя бутылку коньяка и бутылку водки, – сказала мама.

– Ну, мама! – сказал я. – Это же прошлогодние две бутылки!

***

Шёл по улице, встретил Зухру Буракаеву.