Халид. Во власти врага

Но Ада улыбается, а словно сразу нахуй посылает.

– За сделку!

Брат первым поднимает стакан, когда все детали улажены. А я, наконец, понимаю, кого мне Ада напоминает. Самого Дамира, лет десять-пятнадцать назад. Когда его родители умерли, а он сам остался. Моя семья хреново поступила, руку помощи не протянула. Я, чем смог, помог. Но тогда сам сопляком был, с дрожью в пальцах и мыслях, смогу ли до конца недели дожить.

Но да, Ада и Дамир похожи. Взглядом колючим, резкостью. В нашем деле привыкаешь за всем настороженно следить, но у них это на уровне ДНК заложено.

Ещё интересней.

– Лука, так где ты свою девку отхватил?

Ада вскидывается, смотрит прямо, челюсть сжав. Сплошное притворство, в которое не верится. Чем больше за девушкой наблюдаю, тем больше слабых сторон наблюдаю. Как вздрагивает, когда пацан руку на колено укладывает. От поцелуев уворачивается, хотя влюблённую играет.

Влюбленные не стали бы со мной трахаться, себе содержание выбивает. Одно говорит, другое делает, а третье хочет.

– А там больше нет, – Лука ржет, не понимая ещё, что происходит.

Раз больше нет, значит мне эту придётся забрать.

Глава 11. Ада

Зверь, которого Халид называет Дамиром, ничего не говорит. Весь вечер только поглядывает на меня, но молчит. Я ему не интересна в плане девушки, у него жена дома, это я знаю и без разговоров, хотя они ведутся. Знаю, как выглядит и что беременна. Это приходилось узнавать, чтобы держать всё под контролем. На каждого, кто с Цербером был близок, старалась компромат найти.

Мне хочется истерично рассмеяться, когда кручу пальцами пуговицу на рубашке Луки. Пыталась пробраться ближе, вот и получила. Мира, которая крутилась рядом с людьми Цербера. Халид, который был его правой рукой. Зверь, брат Халида, как оказалось.

Сплошная комната нужных мне людей. А что делать с этим – я без понятия. Остается только ближе к Луке прижаться, тоже нужному человеку, и уткнуться в его шею.

Он обещал мне защиту, вот пускай теперь и разгребает это всё.

Поджимаю губы, смех действительно сковывает всё тело. Нервный, липкий. Пытаюсь справиться с ним и эмоциями. В детдоме и академии меня многому учили, пора хоть что-то в жизнь воплощать.

– Всё хорошо, Адель? – Лука снова это делает. Смотрит с нежностью, которую я не заслужила. И слегка на моём имени цепляется, пытаясь усмешку скрыть.