Новогодние рассказы о чуде

Однако ни курение, ни алкоголь никак не сказывались на линии жизни – она оставалась таким же завораживающим, бесконечным рядом цифр. Может, я и вправду бессмертный, думал Вадим, и пугался этой мысли, потому что она тянула за собой вопросы.

Что нужно делать, чтобы оставаться бессмертным, а чего не делать?

Что должно произойти, чтобы его линия жизни прервалась?

К чему готовиться?

Чего бояться?

Это было сумасшествие.

Потребность проводить время с часами стала его манией.

– Мне кажется, если часы остановятся – я сразу умру, моя ниточка, она порвется, – шептал Вадим, глядя на Надю воспаленными глазами.

Он стал чаще, чем нужно, менять батарейки в часах. Он выглядел как помешанный. Боясь, что может умереть за те пару секунд, пока часы не будут работать, он задерживал дыхание, зажмуривал глаза. Если для смены батареек требовалось на секунду больше времени, ему казалось, что он задыхается. Он краснел, на лбу выступал пот, а когда экран в конце концов загорался, он шумно с облегчением выдыхал.

Вадим продолжал поиски «дорожки к бессмертию».

Надя жалела его.

– Вадик, сходи к врачу, ты не справляешься. Это психоз, понимаешь, но это лечится!

Она пыталась отвлечь его, убеждала, что пойти к доктору – это не стыдно. Она даже нарочно обижалась, что он заботится о своем личном бессмертии и не думает о том, что ей-то ничего такого не светит. Услышав такое, Вадим приходил в ярость, кричал, что она ничего не понимает, что если он добьется своего, то и ей обеспечит вечную жизнь, это же очевидно, разве нет? В конечном счете он заботится о них обоих и о детях, а она только отвлекает и мешает!

Следующее Рождество и Новый год они проводили в Европе.

Утром Надя наливала молоко в кофе, медитировала в тишине спящей квартиры на Александерплац, наблюдала за клубящимися в чашке молочными облаками, и тут вздрогнула от неожиданности.

– Ты ведь не бросишь меня, Надюша?

Вадим подошел незаметно, обнял ее, и она ощутила забытое тепло.

– Вадик, так дальше не может продолжаться. Ты сходишь с ума, и я вместе с тобой.

Она обернулась и увидела его, небритого, с красными от бессонной ночи глазами.

– Да, ты права, я с этими часами совсем сдурел.

Он слабо улыбнулся.

– Послушай, тебе нужно просто отцепиться от них.