Дом на Сиреневой улице

Пробежавшись взглядом по комнате, отметив кресло, в которой лежала корзинка со спицами и нитками, а рядом с ним собачий лежак с мячиком, Демид понял, что натворил.

Считай, что предал. Не только доверие собаки, но и память бабушки.

Столько лет она звала его приехать в гости, но ему всегда было не до этого. Этим летом бабушка тоже его звала, говорила, во дворе правнукам бассейн поставят, хорошо будет им плавать, и Шарлотка с ними поиграет. Или на речку даже могут сходить.

Демид отказался. Слишком сильно пришлось бы перекроить график.

И у детей кружки, занятия… Все отменить? У него абсолютно не было на это желания, да и времени тоже.

Успеет еще, чего уж, ей всего семьдесят девять!

Было.

Зато когда бабушка умерла, дела решились сами собой. Сразу как-то освободилось время.

Только никто уже здесь его не ждал.

Он был настолько погружен в горе, настолько злился на самого себя, что не заметил, как к нему тянулось родное животное. Которому бабушки не хватало, пожалуй, еще больше, чем ему самому!

Более того, он не удосужился как следует позаботиться о старой псине, попросту избавившись от нее.

«Прости меня, бабушка. Какой же я дурак», – в сердцах подумал Демид и обратился к семье:

– Обувайтесь. Едем.

– Куда? Пап, куда? – засуетились дети.

– Исправлять ошибку. Надеюсь, еще не слишком поздно.

Выехав за город, Демид спросил у детей:

– Хотите расскажу вам о Шарлотке?

– Да-да! – хором воскликнули пятилетняя Ксюша и трехлетний Паша.

– Ваша прабабушка Пелагея была самым добрым человеком, которого я встречал.

И она готовила самую вкусную в мире выпечку… Сейчас думаю, что не в тот бизнес я вложился, надо было открывать ей пекарню… Так вот, она помогала всем и всегда, даже после того, как ушел ее муж, ваш прадедушка.

– Куда ушел? – спросил Паша.

– На работу на целые полгода, как папа, – пояснила брату Ксюша.

Демид видел, что Ирина пытается сдержать ехидную улыбку. Он уже понял, как сильно виноват перед семьей. И нацелился исправиться.

– Нет, дети, дедушка ушел навсегда, – объяснила Ирина.

– А, на радугу, как Грызлик? – сразу поняла Ксюша.

– Да, – подтвердил Демид, замедляя ход, чтобы вспомнить нужный поворот. – Однажды она испекла шарлотку и понесла ее в больницу какой-то своей подруге. Она вообще любила навещать людей в больнице, чтобы те не чувствовали себя там одиноко. Тогда ее не пропустили. Был карантин, и не разрешили передать даже еду. Бабушке ничего не оставалось, кроме как повернуть обратно.