Игра в богов

И я прожила жизнь другой девушки – смелой, самостоятельной, умеющей постоять за себя. Я знаю, что она чувствовала, как думала, почему шла вперед несмотря ни на что. И мне теперь сложно отделить ее от себя. Я теперь другая, но я также люблю тебя с отцом, люблю наш дом и мир в целом, но у меня есть предназначение, которая я обязана исполнить. Ты понимаешь меня?

Я говорила с мамой как с маленьким ребенком. Четко проговаривая все фразы, делала продолжительные паузы, ожидая ее реакции. В своем рассказе я почти не соврала, только немного изменила детали и порядок.

Ведь фактически жизнь Киры я прожила. Вся история жизни Эммы у меня тоже есть в голове. Богиню я видела и что меня ждет примерно знаю.

– И что же надо делать? Тебе что-то угрожает? – испуганно спросила мама.

– Ничего не делать. Продолжать жить как раньше, поступить в академию, закончить ее, выйти замуж, а предназначение придет в свой черед, и теперь у меня хватит сил пройти это испытания.

– Я боюсь за тебя, – сказала мама и обняла меня.

– Не переживай! Все будет хорошо. Ты, кстати, не представляешь какой невероятный мир и видела. Там нет магии, но наука так продвинулась далеко, что их изобретения для нас покажутся невозможной магией, подвластной только богам.

Еще пол часа я рассказывала ей о моем мире, пока отец не окликнул нас и не попросил вернуться в дом. Я скорчила просящую мордочку и прижала палец к губам. Мама кивнула, и мы пошли к дому. За время нашего разговора она кажется успела пройти все стадии принятия, и сейчас выглядела спокойной и уверенно в себе.

В гостиной на креслах сидели наши с Кристи отцы. Сама она присела на диван, куда и меня пригласили пройти.

– Дочка, – начал мой папа. – Я задам тебе один вопрос и хочу получить честный ответ на него, – я кивнула. – Ты считаешь отношения Кристи и Рональда искренние? Ты веришь, что это влюбленность и там нет никакой фальши?

Я глубоко задумалась, уже без подросткового максимализма, и трезво оценила их отношения. В чувства Кристи я верила беспрекословно, она была как открытая книга, юная, нежная, немного доверчивая, но точно не коварная, и любовь ее было хоть и детской, но менее настоящей она от этого не становилась.

А вот Рональд был другой: восемнадцать лет, красивый, с хорошим достатком, уверенный в себе. Он мог бы рассчитывать даже на брак с обедневшей аристократкой, но выбрал мою подругу. Тут явно были не корыстные мотивы, потому что никто не знает, что мой отец организует ей приданое.