Покуда длится никогда. Лиро-эпическая бессюжетность

Для одних это оказалось бы чересчур большой честью: ведь в том, что я обратила на них внимание и испытала в их адрес эмоции, нет их заслуги, лишь стечение обстоятельств, которые в подходящий момент окружили меня соответствующей ситуацией с их участием. Прототипы других не стоит раскрывать, напротив, ради их же интересов, из риска их скомпрометировать. Третьих же назвать ничто бы не мешало, да только их влияние на мою книгу не больше, чем людей из первых двух категорий, поэтому нечестно выставлять их единственными вдохновителями и придётся умолчать о них тоже.

Так и вышло, что посвятить это произведение я решила себе самой. Себе как человеку, накопившему и переосмыслившему все вошедшие в главы образы, и своей прежней жизни, которая по мере их написания плавно менялась – к счастью, исключительно к лучшему.

_____________

Я заранее сочувствую тем из читателей, кто знает меня лично. Если остальные, сопереживая персонажам, станут отыскивать в них сходство с собой и своим окружением, то эти – сходство со мной и с моим.

Писать вообще опасно, а уж тем более от первого лица, которое обожают воспринимать буквально, сколько ни заверяй в случайности любых совпадений и в полной вымышленности всех событий и героев. И всё же, чтобы прояснить истинное соотношение содержания с реальностью, я, позаимствовав цитату из своего любимого фильма, должна сказать, что в этой книге прошлое, настоящее, будущее, «если» и «может быть» сливаются воедино.[1 - Цитата из фильма Боба Гейла «Трасса 60».]

_____________

Подзаголовок на обложке расшифровывает особенность жанра.

Единственная героиня, которая имеет своё имя в книге, это Судьба. Она предстаёт здесь не метафизической переменной, а вполне конкретным действующим лицом, с которым рекомендуется считаться.

Что касается остальных персонажей, обезличенные «он», «я», «она», «они» представляют собой собирательные образы, символизирующие многообразие позиций в человеческих взаимоотношениях. Нельзя вычленить несколько линий повествования, закреплённых за каждым из героев; «я» и «он», как и прочие субъекты книги, распадаются на совокупность параллельных реальностей с разными сценариями.